Сложно было поверить, что эта долька скоро превратится в младенца. До чего же невероятна и сложна природа, если способна на такие превращения.

Домой мы вернулись только вечером. Парни были вовсю заняты домашними делами. Гэбриэл опиливал бензопилой живую изгородь, которая сильно разрослась в последние месяцы. А Сет ждал нас с ужином и уже разведенным в камине огнем. Анджи это понравилось. С кухни тянуло просто божественным ароматом.

– Не делай так больше, – улыбнулась Анджи Сету, снимая плащ. – А не то мне придется сделать тебя своим заложником и больше никогда отсюда не отпускать.

– Что, если это именно то, чего я хочу? – усмехнулся Сет, выставляя на стол блюдо с фаршированными яйцами, украшенными зеленью.

Гэбриэл вернулся из сада, с изумлением глядя на стол.

– Ты видел, что тут устроил Сет? – рассмеялась Анджи.

– Не просто видел. Я был соучастником. Добыл розмарин в саду. Мы подумали, что вы проголодаетесь.

Это был очень душевный и спокойный вечер, в котором смешались тепло камина, аромат горячей еды, смех Анджи, шутки Гэбриэла и красноречивые взгляды Сета, которые он бросал на Анджи, когда она смотрела в сторону.

Один из таких вечеров, какие потом часто вспоминаешь с мечтательной улыбкой и странной грустью на душе. Когда не хочется думать ни о каком завтра и ни о том, что было вчера, а просто быть в настоящем моменте и чувствовать, как время впервые никуда не бежит и не торопится – только медленно колышется и сияет, как море в штиль.

– Это блюдо еще называют «Осатаневшие яйца», – сказала я. – Когда-то давно в начинку обязательно добавляли кайенский перец, и оно было реально острым. Потом рецепт поменялся, а имечко осталось.

– Должно быть, по этой самой причине его никогда не готовили у нас дома, – хохотнул Сет и тут же стащил у меня с тарелки последний кусочек.

– Сет, ей нужен белок, пусть она ест, – сказала Анджи.

– Мне тоже нужен белок. Для производства здоровой…

– Не продолжай, – закатила глаза Анджи.

Сет откинулся на спинку стула, упиваясь ее смущением.

– Анджи, он правда тебе нравится? – спросил Гэбриэл. – Если нет, то думаю, мы сможем обменять его на что-то полезное в деревне. Например, на телегу или дрова.

– Он мне нравится, – рассмеялась Анджи.

– Даже такой испорченный?

– Некоторые вещи, испортившись, становятся только лучше, – с видом эксперта промурлыкал Сет. – Например, сыр с плесенью. Или перебродивший виноград.

– Сейчас ты в очень опасной близости от прозвища «Рокфор», приятель, – подмигнул ему Гэбриэл, и мы все начали смеяться, как ненормальные.

Когда мы разделались с едой, Сет объявил, что пришло время десерта, и тот факт, что он приготовил еще и сладкое, лично мне сказал о многом.