Когда днем Надюша все же засыпает, набегавшись, я ложусь с ней рядом и просто любуюсь. Наслаждаюсь каждой минутой, проведенной рядом с дочерью. Раньше подобное для меня было роскошью. Это просто чудо, что при таком графике встреч дочка не забыла меня и все еще зовет мамой.

Сама не замечаю, как проваливаюсь в сон, причем такой глубокий, что даже когда слышу где — то далеко невнятный шум, не могу проснуться. Чувствую, как Надюша подкатывается ближе, вдыхаю ее детский запах и снова проваливаюсь в сон.

Просыпаюсь я первой — за окном уже стемнело, а Надя все еще сладко спит. Сонно моргаю, оглядываюсь и понимаю, что мы с дочкой укрыты пледом, хотя я вроде бы не доставала его.

Осторожно выбираюсь из — под него, укрываю малышку и, встав с дивана, внимательно прислушиваюсь. Однако в квартире царит тишина.

Выхожу из комнаты — вижу, что дальняя дверь неплотно прикрыта, и в комнате горит свет.

Значит, Арман вернулся. В коридоре стоит гора пакетов и даже несколько коробок.

Пока я раздумываю, как быть, Нечаев выходит из комнаты и, увидев меня, замирает.

Мы смотрим друг на друга, а пространство вокруг нас застывает. Кажется, даже время замедляется, и то, как неторопливо он ко мне приближается, превращается в какой — то киношный прием.

— Ты ничего не прислала, — первое, что произносит Арман, оказавшись на расстоянии вытянутой руки.

Его взгляд гипнотизирует, крепко держит, не позволяя отвернуться.

— Мы обошлись тем, что у нас есть, — хрипло отвечаю, стараясь сопротивляться его давлению. Однажды я уже сломалась под напором отца. Закончилось все печально. А сейчас мне кажется, что все повторяется. Теперь у Амрана в руках возможность ставить мне любые условия."

"И ведь я соглашусь. Сделаю все, чтобы только оставаться рядом с Надей.

Нечаев скалится, словно дикий зверь. Я же мысленно ругаю себя за излишнюю разговорчивость. Могла бы и промолчать, но не дразнить его.

— Ничего не меняется, да, Лена? По — прежнему избалована и своенравна? Вместо того чтобы просто сказать спасибо, гордо задираешь нос, даже если это будет во вред ребенку.

Мне чертовски обидно это слышать. Сжимаю ладони в кулаки, гася раздражение.

— Я так понимаю, шантажировать дочерью меня теперь будешь ты?

Взгляд Армана мгновенно вспыхивает, да так ярко, что мне кажется, вот — вот произойдет взрыв.

— У меня есть идея получше, детка, — тихо отвечает он и делает шаг ко мне.

— 23 Лена —

Я уже готовлюсь давать отпор Нечаеву, но ситуацию спасает Надя.

— Ма! — детский голос вынуждает нас обоих отступить друг от друга.

Разворачиваюсь к дочке, и та впечатывается мне в ноги, прячась за ними от Армана.

— Привет, моя хорошая, — ласково говорю ей, подхватывая малышку на руки.