А будешь хорошо работать — повышу до полковника! У нас в Баккардии движение по служебной лестнице происходит быстро. Через месяц–другой, глядишь, и до генералиссимуса дорастешь!

Их беседа происходила так оживленно и бурно, что не могла не привлечь внимания председателя и его дочки, которые, разумеется, подслушивали под дверью, с удовольствием наблюдая в щелочку, как нанятый ими аферист лихо проводит вербовку.

— И учти, должностной оклад удваивается с каждым новым званием, — продолжал обработку клиента пройдоха, — а соответственно…

— Я согласен, ваше высочество! — вытянулся перед принцем в струнку окончательно дозревший Батлер.

— Правильное решение, капитан!

— Полковник, — деликатно намекнул Батлер.

— Ишь губу раскатал, — хмыкнул принц. — Ты у меня и капитана–то пока авансом получил. И не сметь перебивать начальство.

— Прошу прощения, ваше высочество! — гаркнул Батлер.

— Ладно, не тянись, ты не в строю. Не забывай, что ты агент, а не вояка. Так вот, Батлер, сам понимаешь, обратно в королевский дворец мне сейчас возвращаться не резон…

— Понимаю, ваше высочество.

— В замок тоже. Место засвеченное.

— Полностью с вами согласен, ваше высочество, а какой у капитана оклад?

— Да сколько навору… тьфу! Что за дурацкие вопросы, Батлер? Я же уже сказал: в два раза больше, чем у лейтенанта!

— Понял.

— Плюс дополнительная плата за отдельные услуги."

"— Это за какие услуги? — оживился Батлер.

— Давай так. Будешь из моего замка доставлять сюда сундучки с золотом, и десять процентов от них за хлопоты твои. Батлера качнуло.

— Да за такой процент я и ефрейтором согласен! — завопил он. — На хрена мне после этого капитанский оклад?

Со стороны входной двери в апартаменты принца раздались дружные аплодисменты.

— Великолепно, ваше высочество, — восхитился председатель, входя с дочкой внутрь. — Прекрасная работа!

— Да, принц, — вторила ему Бонита, тихонько хихикая в кулачок, — исполнено профессионально.

Девица уже успела переодеться в вечернее домашнее платье, но выглядела в нем так же прелестно, как недавно в своем роскошном наряде на балу. Господин Кефри был все в том же рабочем сюртуке, с бокалом в руке, который, впрочем, не мешал ему аплодировать, и нераспечатанной бутылкой гномьей водки под мышкой.

— А это кто такие? — шепотом спросил Батлер принца.

— Это моя прислуга, — небрежно махнул рукой принц, — мелкое дворянство. Я их недавно титулами соответствующими снабдил, вот теперь они и прогибаются. Отрабатывают, так сказать.

Выражение лица новоиспеченной дворянки стало вдруг таким ласковым, что принц понял: сейчас прогибаться придется ему — и торопливо выставил перед собой Батлера в качестве живого щита.