Я слышу, как он громко вдыхает запах моих волос и вспоминаю, что на мне мужской шампунь. И гель. На мне все мужское и все – его.

И запах на девочке – мой. И она целиком – моя.

Так же быстро он отстраняется и отступает от обнаженной меня. Все это Арбин делает молча, чем лишь нагнетает обстановку. Смерив меня до боли странным взглядом, он широкими резкими шагами выходит из ванной, позволяя мне надеть белье и верхнюю одежду в полном одиночестве.

Набросив на свое влажное тело предоставленную мне одежду, я тут же вышла из ванной с влажными волосами. Едва ли мне бы позволили досушить их, а потому я не стала испытывать судьбу и дожидаться разъяренного Арбина в ванной комнате. Мужчину я увидела лежащим на постели, когда уже вышла из ванной. Арбин задумчиво смотрел в потолок и словно не замечал моего появления, хотя я была уверена, что так мне всего лишь казалось. Он все прекрасно замечал. Как же иначе? От него не скроешься и ничего не утаишь, а от его янтарных глаз и испытующего взгляда – и подавно.

- Тебе нравится эта спальня, Влада? – услышала я вопрос, что застиг меня врасплох. Я так и осталась стоять, словно неведомыми силами прикованная к стене.

Но ответить было нужно. Вопрос – непростой, его взгляд – тоже.

- Спальня как спальня, - с неохотой отвечаю я, попутно оглядывая царившую здесь роскошь."

"Арбин медленно повернул голову, вцепляясь в меня своим взглядом. Его руки были под головой, а положение казалось слишком расслабленным на первый взгляд. Но первый взгляд обманчив, очень обманчив. Зверь по имени Арбин всегда готов к выпаду. Я это знала.

- В твоей спальне в доме дяди… было также? – спрашивает он.

- Нет, - покачала я головой, не понимая, к чему ведет этот жестокий человек, - там было иначе.

- Как? – нетерпеливо спрашивает он, не делая никаких движений. Я тоже стояла у стены, не желая приближаться, - я не про расстановку мебели и прочего дерьма. Я хочу знать, что еще ты подразумеваешь под словом «иначе»?

- Там был мой дом. Там царил уют... А ваш дом для меня чужд, как это и должно быть для… пленницы.

Произнесла я и только теперь задумалась о реакции Арбина на свое опрометчивое высказывание. Я вскинула напряженный взгляд и встретилась с его глазами. Арбин медленно поднялся и сел на кровати, проведя своей рукой по покрывалу несколько раз, и от этого движения ужасные воспоминания застигли меня врасплох. Здесь он насиловал меня, здесь подавлял мою волю, на этой кровати он присваивал меня себе и дарил боль.

А сейчас он смеет спрашивать, нравится ли мне его спальня?

Нет, не нравится. Я это место ненавижу.

- Вы будете завтракать, Арбин? – процедила я с ненавистью, недвусмысленно указывая на дверь. Есть хотелось очень – я забыла, когда ела в последний раз, но мужчина слишком медлил, и причину этого я не знала.