Не замечаю и вздрагиваю, оказываясь в сильном кольце рук, поднимаю непонимающий взгляд и слышу:

- Он так на меня похож… - шепот прямо в губы сбивает меня с толку, я касаюсь мужских плеч в попытке успокоить бешеное сердцебиение, - почему ты боялась раньше привезти его?!

- Нужно было подготовить почву для этого, Артем, - шепчу я, утыкаясь куда-то в область шеи мужчины, - нужно было подготовить тебя, понимаешь?

- Это моя кровь, мой ребенок... Я не могу поверить, что у меня все это время был сын. Ты не представляешь, как я счастлив!

Я улыбаюсь, больше не пытаясь вырваться из мужских оков:

- Представляю, Артем. Представляю.

- Я увидел его и теперь хочу тебя сжать до хруста костей еще больше, хочу держать тебя в кольце рук и не отпускать…

- Артем… - шепчу я тихо.

- Чеерт, как же крышу сносит от осознания того, что ты моя жена, что ты подарила мне сына…

- Артем, - пытаюсь я успокоить безумца, но улыбка при виде его эмоций вырывается непроизвольно.

Безумный шепот в области виска сносит голову и мне, но я вспоминаю, что прямо за дверью сидит наш сын и ждет нас обоих. Мягко упираюсь руками в грудь мужчины и пытаюсь отстранить. Получается плохо, поэтому произношу:

- Он нас ждет, Артем.

- Я самый счастливый человек, Влада, - шепчет он, отстраняется, бешено целует меня в губы и только после этого позволяет себе меня отпустить.

Сердце бешено колотится, Артем открывает дверь и застывает в проеме. Ненадолго, чтобы не пугать ребенка своей реакцией. Мы оказываемся на кухне, я целую мальчика в щечку и спрашиваю:"

"- Итак, сейчас нужно пообедать. Устали с дороги с дядей Владом, да?

Артемка не отвечает, зато спрашивает в ответ:

- Мама, а мы еще вернемся в Мирлите?

Я замираю ненадолго, но сглаживаю молчание своей улыбкой. Кошусь назад и встречаю взгляд Арбинского на себе. Если бы это был Арбин, то он бы непременно понял, где я все это время пряталась.

- Это ведь далеко, - произносит мужчина, хмурясь.

Малыш впервые вступает в диалог, вздергивая подбородок и устремляя взгляд к отцу:

- Но там было так красиво, папа… - ненадолго замирает от этого слова из собственных уст, а затем продолжает улыбаться, как ни в чем ни бывало, - а наш двухэтажный дом мама сделала таким уютным, - вступился маленький Артем, раскрывая всю правду своему отцу.

И хотя было оговорено, чего стоит говорить, а чего нет, я понимаю, что у ребенка бурлят эмоции при виде отца и он все равно говорит лишнее. Вижу, какие эмоции одолевают этих двоих, но оба пока сдерживаются: отец – чтобы не напугать Артема, а ребенок же боится показать свои чувства пока еще малознакомому мужчине. Хотя и понимает, что перед ним – папа, но боязно ведь. Большой такой, незнакомый, но жутко интересный.

- Да, у нас был там двухэтажный домик.