- Десять дней? Это так долго! Артем остался один… – восклицаю я с горечью.

- Он не один. Он храбрый мальчик. С ним наша охрана. Я подключил запасных проверенных бойцов, они круглосуточно находится с нашим сыном.

- Давай уедем… молю!

Артем чертыхается и поднимается с корточек.

- Мы не можем покинуть город. Этот ублюдок только и ждет моего промаха! И тогда он выберет другую меру пресечения, понимаешь? Хочешь в тюрьму, Влада? Нас в аэропорту схватят сразу. Либо здесь, либо по прилете. За решеткой я вообще ничего не решу!

- А Алиев? Ты звонил ему?!

- Не берет трубку, - цедит муж со злостью, - но я его достану.

- Удалось что-то выяснить? С кем ты связался, они… они помогут?

Муж недовольно качает головой.

- Я связался.

- Это принесет нам проблемы, да? – понимаю я, - еще один долг вроде Алиева?

Когда Артем уходил из криминала, он закрыл все долги и рассчитал других.

Остался только Алиев, но теперь из-за него у нас проблемы. И новые долги.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я боялась, что мужу придется вновь окунуться в тот мир. Жестокий и беспощадный.

- Мы ведь хотели за третьим ребенком пойти, - напоминаю я ему, - Артем, туда больше нельзя…

- А у нас есть выход? – прищуривается Артем, - я верну нашу дочь, чего бы мне этого не стоило! Твоя задача – слушать, что я говорю. И сейчас я говорю тебе поспать. Мы всю ночь провели на допросе. Ты измотана. Ложись спать.

Мужская рука нежно касается щеки. Я устало закрываю влажные глаза.

- Хорошо, я посплю. Если усну, - добавляю я спешно.

Я забираюсь на постель прямо в платье. Сверху на меня падает одеяло, и я моментально проваливаюсь в сон.

Глава 7

Владислава

- Влада Артемовна, проходите. Присаживайтесь.

Мы пробыли в Волгограде еще две страшные ночи. Мы до сих пор не знали, кто и зачем похитил нашу дочь. Органы разводили руками, Артем торговался с теми, кого раньше считал «своими». Торговаться с бандитами его вынудила наша общая беда.

Я страдала бессонницей, Артем – нервозом. Мы еще надеялись на то, что это обман или чья-то страшная шутка.

И вот нас снова вызвали на допрос. На этот раз – снова по отдельности.

- Здравствуйте.

На этот раз мой голос звучит холодно. Все это время муж учил меня вести себя правильно. Любая истерика – это слабость. Я должна была ее подавить.

Батурин больше не увидит нашу слабость.

- Я слышал, у вас похитили дочь, - в его голос проскальзывает жалость.

Мой взгляд не меняется. Я стараюсь не поддаваться эмоциям.

- Вы слышали правду, - киваю я, - вы вызывали меня на допрос, господин следователь?

- Верно.