Обозленный Прохор, никогда ранее не устраивавший разборок, приперся в офис Екатерины Бонч-Бруевич и надавал строптивой жене пощечин. До этого момента Маргарита не исключала возможности примирения с мужем, ведь продолжала его любить, но после того, как тот несколько раз ударил ее при хозяйке агентства, пути назад не было.

Ночью, рыдая, Рита дала себе честное слово: она забудет неблагодарного Прохора, наладит свою жизнь. Вот возьмет и откроет собственную фирму, начнет торговать детской одеждой. Пусть бывший супруг, самозабвенный бабник, увидит, как Марго прекрасно без него обходится.

Она понятия не имела, где раздобыть деньги на осуществление плана и чем, пока не станет настоящей бизнесвумен, платить за гимназию дочери. До разрыва с мужем средства-то на учебу Любы давала свекровь. Но Марго не сомневалась: все наладится. Ничего, она выживет, назло Прохору станет успешной и счастливой. Но, если честно, ей было страшно и тоскливо.

Помощь, как водится, пришла оттуда, откуда не ждали – Надежда Васильевна неожиданно встала на сторону невестки. Под давлением матери Прохор оставил бывшей жене квартиру. Предварительно вдова Алексея Константиновича приехала к Маргарите и обратилась к ней с речью:

– Проша наломал дров, прости его.

Да, он дурак, изменил тебе, но, поверь, мой сын не хочет терять семью.

– Не могу, – ответила Рита, – все закончено.

И вот тогда пожилая дама заявила о переходе жилья в ее собственность. А взамен попросила:

– Не разлучай нас с Любой, она моя единственная внучка. И не препятствуй ее встречам с отцом.

– Хорошо, – согласилась Марго, пораженная поведением Надежды Васильевны. – Но Прохор должен платить алименты."

"С деньгами сначала вышла заковырка.

Прохор три месяца не приносил ни рубля, и Марго запретила Любе общаться с ним. Конфликт грозил принять затяжной характер. Да еще в гимназии заявили: или вносите плату, или забирайте дочку. И вдруг… Словно добрая фея взмахнула волшебной палочкой!

Надежда Васильевна вновь начала присылать конверты с оплатой за гимназию. Рита позвонила свекрови с изъявлением благодарности, а та, как всегда, спокойно произнесла:

– Вы с Прошей вольны вести себя как угодно. А Любочка моя внучка и всегда останется ею, кровь в жилах ей не поменять.

Я с ребенком не разводилась, хочу дать Любе хорошее образование.

Рита удачно продала квартиру, купила однушку на выселках и открыла магазин. Прохор стал отсчитывать алименты, немного и нерегулярно, но все же какие-то деньги давал.

Надежда Васильевна забирала Любашу на все каникулы. Жизнь налаживалась.

Конечно, случались мелкие шероховатости. Спустя некоторое время Любаша, ранее обожавшая бабулю, почему-то отказалась проводить у нее свободное время, прекратила общение с пожилой дамой.