Дышать ровно я так и не смогла, поэтому, пользуясь случаем, снова обняла его за сильную шею, прислонилась ближе и медленно провела кончиком язычка по соблазнительной нижней губе, затем легонько зажала её между зубов и отпустила. Дима, выдохнув тихий стон удовольствия, ответил незамедлительно, принявшись сладко терзать мой рот, перехватывая у меня инициативу. Его колено вклинилось между моих бёдер и я не стала противиться, покорно поддалась уверенному натиску. Мужская ладонь медленно скользнула от шеи по позвоночнику вниз, обжигая мою чувствительную кожу своим теплом, увлекая за собой шлейф мурашек. Тело встрепенулось от внезапно пронзившего тока, когда пальцы устремились к талии, лаская чувствительную кожу на пояснице. Ладонь опустилась до самых ягодиц и ощутимо сжала их, тем самым вызвав лёгкие покалывания внизу живота. От такой нежности можно сойти с ума и я тихо простонала, размешивая эхо удовольствия в сладости его поцелуя. Затрепетала всем телом, судорожно цепляясь тонкими пальчиками за волнистые волосы на макушке Демона, сжимая их следом в своих маленьких кулачках. Дима отстранился от моих губ и улыбнулся. В этот миг мы неотрывно смотрели друг на друга. В его потемневших глазах мелькнула искра удовольствия и ещё какой-то странный, подозрительный блеск. Я не успела опомниться, как рука мужа опустилась следом на мой живот, чуть ниже пупка, и неотвратимо принялась сползать вниз к точке кипения. Моё напряженное нутро требовало разрядки. Нога, согнутая в колене бесстыдно отклонилась в сторону, позволяя его ладони накрыть просыпающийся вулкан. Пальцы скользили с нажимом по влажной, разгорячённой плоти, нежно поглаживая и размазывая вязкую влагу на поверхности пульсирующих половых губок, то бережно погружались внутрь и снова выныривали, то терзали чувствительную точку подушечками, лаская и дразня одновременно, доводили до безумия мой разум, увлекая его куда-то за пределы реальности в глубокий космос. Его откровенные прикосновения вынуждали меня глухо постанывать, извиваться в агонии, ощущая ритм своего сердца где-то глубоко, под его беспощадными пальцами.

— Я сгорю прежде, чем кончу в тебя, малыш. Какая же ты тёплая и сочная девочка… Моя Лина…

Средний палец обратно скользнул внутрь, намного глубже, и я, всхлипнув, выгнула спину дугой от тех неимоверных диких ощущений, что он мне дарит сейчас. Влагалище ещё ныло, но не так сильно, чтобы начать сопротивляться его действиям. Дима тут же прильнул губами к моей груди и чувственно облизал языком твёрдую горошинку, втягивая её в свой рот, заставляя моё тело извиваться от наслаждения ещё и ещё…

Стон переодически слетает с губ, потому как терпеть эту сладкую пытку невозможно, намного проще умереть или забыться.