Об этом узнал бывший супруг и рассказал родителям. От меня отвернулся весь мир. Родители потребовали, чтобы я жила с бывшим мужем ради детей. Чтобы дочкам хорошо было. И сказали, если я уйду к тому человеку, то у меня больше не будет матери и отца. Больно. Просто больно и гадко жить с таким монстром, как мой муж. Но я надеюсь, что через год мой любимый выйдет, и всё у нас будет хорошо»."

"«Господи, какие мы дуры, Лара! Познакомилась с одним мужчиной ещё на воле, у него своя семья, у меня своя. Потом его посадили, и там он понял, как сильно, оказывается, любил меня, со дня знакомства. В общем, красивые слова, признания в любви и многие другие обещания сыграли свою роль.

Я развелась с мужем, стала ездить в колонию на свидания, а там: “Люблю, не могу… умру без тебя…” — и всё такое. Деньги просил огромными суммами, причём постоянно, всё время врал даже по мелочам, на свиданиях относился пренебрежительно, как к привязчивой бабе.

В общем, надоело всё, очень оскорбительно. Сколько можно издеваться и тешиться его красивыми словечками о вечной любви до гроба? Решили мы его проверить с подругой. Она позвонила на его мобильник, типа, мол, номером ошиблась, а он сразу начал знакомиться и говорить, что глубоко одинокий, никто к нему не приезжает, и всё в таком духе.

Для меня этот человек умер сразу. Сейчас звонит, просит прощения, клянется, что такого больше не будет никогда, дай шанс. Как такому уроду верить можно? Не будьте лохушками, не верьте им никогда и ни за что в жизни! Обдерут до нитки и глазом не моргнут. Наглые гады. Твари, в общем. Не вздумайте вестись на красивые словечки, лживые абсолютно все!»

«Лара, я такая дура… Часто от бывших зэков приходится слышать, что не отсидевший не знает и не может понять тюремную жизнь. По-своему они правы. Я со своим решила встретиться.

Поддерживать отношения с зэком — в каком-то смысле отсидеть вместе с ним. Я думаю, меня хорошо поймут матери, жены и девушки, ожидающие своих сыновей, мужей и любимых. Постепенно происходит так, что вместе с письмами, которые он присылает, поздравлениями в открытках, аудиозаписями из тех мест, к тебе приходит дух тюрьмы, как бы проникая в тебя, и этот мир становится частью твоей жизни. До боли ощущая потребность “влезть в шкуру” любимого, примерить её на себя, ты начинаешь невольно тянуться и к его миру.

Вот мы выходим, и меня ведут к начальнику колонии, предварительно перетряхнув все вещи в моей сумке с целью “досмотра”. От начальника узнаю, что мой друг находится в изоляторе, после чего будет переведён в зону, поэтому нам не предоставят свидание. С садистским удовольствием “хозяин” мне сообщает: “Зря вы не зашли в управление.