— И ты не считаешь, что такой парень теперь не для тебя? Возможно, у Ромы будет судимость. Это пятно на всю жизнь. И мне тоже пятно… Скоро уже начнут полоскать моё имя газеты… Но он мой сын, я его люблю любым.

Мужчина внимательно вгляделся в меня.

Да, он прав, жизнь Ромы уже не будет такой безоблачной, какой могла быть до его поступка. Ему придётся не только отвечать за содеянное, но ещё потом и проходить курс лечения у психолога. В некоторых отраслях ему могут позже отказывать в работе, например — в госструктуре. Но всё это для меня не столь важно, если, конечно, Рома будет знать предел в своей агрессии."

"— Все оступаются, — ответила я. — И совершают ошибки. Рома не прав, и я ему обязательно об этом скажу. Репутацию себе он подмочил навсегда — это так. Но, если человек оступился, это не значит, что в моих глазах он стал монстром. Наверняка у него была причина так поступить, хоть и нет оправданий тому вреду, который причинил Рома Джону. Но я верю, что он извлечет урок из этой ситуации. Ему сейчас нужна наша поддержка. А морали почитаем позже.

Взгляд Петра Сергеевича потеплел.

— Очень рад, что ты так мудро рассуждаешь в свои семнадцать, девочка, — сказал он мне. — Понимаю, за что мой сын выбрал тебя. Поддержка ему нужна будет очень, ты права. Особенно твоя, Кать. У него теперь будет сложный период… У нас всех.

— Я понимаю, — кивнула я. — Но бросать в беде того, с кем держался за руки, за один проступок — последнее дело.

— Спасибо тебе, Кать, — с благодарностью посмотрел на меня Пётр Сергеевич. — Я, вообще-то, боялся, что ты заднюю дашь. И я бы тебя понял.

Я отрицательно покачала головой.

— Я лечу с вами.

— Хорошо, — ответил он. — Немного успокоюсь и закажу билеты на нас всех. У тебя не все есть документы, сейчас пробью, чтобы срочно сделали, а то тебя не пустят в самолет.

— Спасибо.

— Я буду держать в курсе… Мне нужно побыть одному.

Пётр Сергеевич ушёл в свой кабинет, чтобы привести нервы в порядок. А мой ком в горле так и распирал его изнутри. Я поднялась к себе и легла на кровать, обняла подушку и прижалась к ней щекой. Все эмоции словно начали выплескиваться — слёзы лились безостановочно.

Ромка, ну что же ты наделал?

Как ты дальше будешь с этим жить?

Как ты теперь закончишь учёбу и поступишь в вуз?

Как я буду жить без тебя?

Взяла в руки телефон и, размазывая слёзы по щекам, стала звонить ему в глупой надежде, что он возьмет трубку и скажет, что всё это неправда, злая шутка или его отец что-то не так понял.

Шли длинные гудки, но трубку никто, конечно, не брал… Я отбросила в сторону ненужный теперь мне телефон. Если мне не позвонит Рома, то мне смартфон больше ни для чего не нужен…

Осталось лишь молиться небесам, что всё обошлось для всех нас с минимальными потерями.