Что сейчас говорила эта прекрасная женщина, своим видом излучая благородство и достоинство? Какие неприглядные тайны прошлого сейчас открывала передо мной?"

"– Спустя много лет мы снова встретились с Алмазом. И поняли, что все еще любим друг друга. Наша вторая встреча привела к тому, что у меня появился Алан… Только… Я не нашла в себе силы признаться Алмазу в том, что он его сын… Я вообще не нашла в себе силы признаться ему во всем, что произошло в моей жизни. Что делал со мной Арсен. Мне было… Стыдно перед Алмазом. Я считала себя недостойной. И только судьба, Бэлла, только провидение сделали так, что мы оказались в итоге вместе. Судьба и моя настырность, если быть честнее. Алан другой… Он не как Алмаз. Это и хорошо, и плохо. Ему все эти годы непросто было признать то, как сложилась наша семья. То, при каких условиях появился на свет он. Ты ведь знаешь, он сильно отдалился от семьи после окончания университета. С отцом у него все сложно… Да и со мной непросто. Я виню себя в этом. То, что между ними растущая напряженность, моя беда, моя ошибка. Алмаз в душе продолжает винить меня и себя в том, что мы не были вместе тогда, когда формировался характер Алана, когда останавливалась их связь как отца и сына. Алан постоянно озирается назад, заглядывая в мои покрытые завесой тайны отношения с Арсеном. Я думаю, он и Милену тогда так поспешно засватал, потому что ему казалось, что она идеальная кавказская жена в отличии от меня, неправильной женщины… Два мужа. Рожденный в браке с одним мужчиной ребенок от другого… Я не рассказывала ему, конечно, подробности нашей жизни с Арсеном. Как можно? Он мой сын… Я никогда не смогу переступить через себя. И все же… Я к чему это все веду, Бэлла? К тому, что нельзя молчать… Нельзя стесняться. Не тебе решать за других, достойна ты или нет. Он был неправ, что скрывал от тебя правду о твоем отце, которая пусть и была болезненной, но могла бы спасти ваши отношения. И ты будешь не права, если сейчас закроешься от него… Вы нашли друг друга после стольких лет. Вы любите друг друга. Пора начинать новую главу…

– Мой муж… – хотела я объясниться, возразить.

– Тише, Бэлла. Оставь все эти мысли и переживания на завтрашнее утро. Сейчас ты слишком многое испытала, чтобы еще больше ввергать себя в пучину мыслей и переживаний. С утра попытаешься разобраться со всем – и с мужем, и с будущим… А сейчас спать…

Я слушала эту мудрую женщину и, наверное, внутренне со многим соглашалась. Вместе с пониманием истины ее слов пришла такая жуткая усталость, что я вдруг поняла, что едва держусь на ногах. Камилла проводила меня в комнату, дала пижаму, уложила спать, как маленькую девочку. Едва моя голова коснулась подушки, я задремала.