Не торопился, шагал упруго, легко, как и подобает хищнику, отправившемуся на охоту. Не крутил головой понапрасну, но держал под контролем все пространство вокруг себя, все триста шестьдесят градусов. Чувствовал: сейчас что-то случится. Жертва прячется где-то поблизости, может быть, тоже ощущает приближение охотника, трепещет, безуспешно пытаясь зарыться в нору.

Есть!

Боковым зрением он заметил фигуру в белесых джинсах, заляпанных грязью всех цветов радуги и курточке из дешевой, латаной-перелатаной болоньевой ткани. Человек стоял в стороне от тропинки, на небольшом бугорке, до колен укрытый травой, и сердце Вадима ускорило ритм: несомненно, это был тот же бродяга, что посмел обидеть хозяйку.

Вадим сохранил внешнюю беспристрастность, не дернулся, не побежал, продолжал идти прежним шагом.

Человек развернулся и направился к замороженной стройке. Он не оборачивался, не интересовался тем, что происходит за спиной и по сторонам. Типичная жертва! Если хочешь преуспеть в этой жизни, надо всегда ожидать удара в затылок.

Вадим пошел за ним. Сначала таился, был готов в любой момент упасть в траву или укрыться за деревом, но по мере того, как расстояние сокращалось, переставал соблюдать осторожность.

Осталось меньше десяти метров, когда жертва заметила погоню. Услышать она ничего не могла, Вадим передвигался совершенно бесшумно. Наверное, просто ощутила разгоряченное дыхание охотника на своем загривке.

Жертва оглянулась и побежала. Вадим, почти не касаясь земли, сокращал расстояние, но жертва оказалась проворнее, чем можно было ждать, и прежде, чем охотник настиг ее в броске, успела юркнуть в темную щель в бетонном основании недостроенного диспансера.

Вадим остановился, но только для того, чтобы подобрать с земли кусок арматуры. Секундой позже он прыгнул следом за жертвой, готовый бить, рвать, кусать и душить, готовый терпеть боль от ударов и умереть, если судьба отвернется и боги решат над ним посмеяться, но умереть, непременно сомкнув челюсти на глотке врага.

Он был готов ко всему, кроме того, что произошло.

Мощный фонарь вспыхнул прямо в лицо, ослепив Вадима. Зажмурившись, охотник дернулся вправо и влево, пытаясь вырваться из адского круга, зарычал, пытаясь достать фонарь арматуриной, но кто-то, притаившийся за углом, рубанул его поперек живота металлическим уголком, а потом и на голову обрушился удар, от которого сознание хищника исказилось и на какие-то секунды погасло.

Очнувшись, Вадим ощутил, что на запястья одеты наручники, а ноги обвязаны шнурком, который не мешает передвигаться короткими нелепыми шажками, но исключает напрочь возможность побега или нанесения ударов.

– Здравствуйте, товарищ Цепляев, – услышал он насмешливый голос, сразу показавшийся знакомым.