Кто бы ни победил, получает площадку на год, все мои решения окончательны и обжалованию не подлежат. Ясно?

Двор снова зашумел в предвкушении завтрашнего события. Глянув в угол, я снова заметила ставки: похоже, бизнес процветал.

Тряхнув головой от нереальности происходящего, я направилась обратно, попутно принимая поздравления.

– Отличная работа, Ангел, -закричала Криттер, подскочив ко мне и обняв за плечи.-Как выйдешь отсюда, иди на работу в ООН. Этим бюрократам нужны люди вроде тебя.

Покраснев, я позволила Криттер увлечь себя в секцию тяжеловесов, где Айс уже устроилась на одной из скамей и ждала меня с улыбкой.

– Действительно. Отлично справилась с мирными переговорами.

– Спасибо. И спасибо за то, что прикрывала меня. Приветствую судью. Я очень ценю это.

– Нет проблем, сочтемся.

Моя мама всегда говорила мне, что если кто-то открыл дверь, то лучше зайти прежде, чем она врежет тебе по физиономии.

– Назови время, Айс, и я назову место.

Внезапно наступила тишина. Уголком глаза я заметила на лицах остальных недоверие. Глаза Айс сузились, а выражение стало хищным.

От ее взгляда у меня пересохло во рту.

– Договорились, Ангел-прозвучал ее низкий, потрясающий голос, лаская звуки моего имени, словно любовник.

О, Господи.

***"

"Тем вечером я осталась в камере. Плечи опущены, голова тоже. Вся в пыли и чернилах. Мы наконец получили партию книг, которую заказали очень давно. Когда мы начали распаковывать коробки, стало ясно, что они валялись на каком-то складе со времени второй мировой войны. Может даже больше. Слой пыли и грязи на коробках был столь толст, что его можно было срезать ножом, и причем такой противный, что я вздрагивала каждый раз, когда мои пальцы погружались в него.

Помимо всего я так чихала, что удивительно, что к концу работы моя голова все еще присутствовала на плечах.

Сказать, что я чувствовала себя грязной, это ничего не сказать. Было уже поздно, и я не собиралась предпринять еще одну вылазку в душ в одиночку, несмотря на все боевые навыки. Хотя Дерби и ее подружки похоже были удовлетворены моим предложением, постоянная смена настроений делала эту женщину слишком опасной, чтобы испытывать удачу во второй раз.

Решив стоически терпеть до утра, я повернулась к постели, внутренне содрогаясь от мысли лечь в таком состоянии на все еще белые простыни. В Болоте меняют белье каждые две недели, приключись хоть адское пламя, хоть наводнение. А поскольку я уже была в аду, и спасительного потопа не предвиделось, у меня не было выбора. Я уже почти сняла форму, когда появились Криттер и Сони, одинаково улыбаясь. Эти их улыбочки немедленно стали заинтересованными, как только они увидели меня.