— У вашего клиента нет возражений на смену защитников? — поинтересовался судья, переведя взгляд на Вадима.

Тот совсем потерялся, глядя то на меня, то на судью, то снова на меня. Хорошо, что Анастасия быстро заметила заминку и тихонько пнула его по ноге.

— А, нет… — запнулся он. — Нет, судья, то есть ваша честь… то есть…

— Просто цирк какой-то, — фыркнул стоящий у стены Потапов, не без отвращения посмотрев на меня. — Долго ещё это мракобесие будет продолжаться? Мы уже согласовали сделку с предыдущим адвокатом. Что? Теперь ещё с одним договариваться? У меня день не резиновый…

— Что, квартира сама себя у жены не отсудит? — не сдержал я любопытства, отчего следователь тут же зло оскалился в мою сторону.

Но, прежде чем он успел что-то сказать, заговорил хозяин кабинета.

— Так. У меня действительно не очень много времени. Либо вы решаете этот вопрос сейчас, либо я переношу нашу встречу на следующую неделю.

— Без проблем, ваша честь, — кивнул. — Но я уверен, что господин имперский следователь захочет поговорить с глазу на глаз.

— Опять?

— Всего три минуты, ваша честь, — вклинилась Анастасия. — Обещаю, мы не украдем у вас много времени.

И глазки такие состроила, что отказать ей казалось вовсе невозможным.

Тот вздохнул. Снова посмотрела на часы и указал рукой на дверь.

— Только быстро.

— Да о чём мне с ним разговаривать⁈ — тут же взвился Потапов, продолжая смотреть на меня, как на надоевшего комара. Мелкая такая паскуда, а бесит страшно, да?

Но ничего. Мы это исправим.

Достав руку из кармана своего пиджака, показал ему флешку. Что характерно, он сразу же заткнулся.

— Ладно. Пожалуй, мы поговорим, — скривил он лицо в жутком подобие улыбки.

И снова тот же коридор, только действующие лица другие. Ну одно лицо. Моё то всё то же.

— Тридцать тысяч, — произнёс я, едва за нашими спинами закрылась дверь. — И никакого преследования со стороны полиции. Без фабрикации дел, выдумывания разного рода небылиц и прочего дерьма.

— Да ты рехнулся, — рассмеялся Потапов. — Мы уже сделали своё предложение.

— Ага, я видел дерьмо, которое выглядело лучше, чем твоё предложение. Эти три тысячи даже не покроют его лечение. Я не говорю уже о том, что за время восстановления он не сможет играть, значит, зарабатывать…

— Ну, пусть пойдёт другим чем-нибудь займётся, — отмахнулся от моих слов Потапов. — Мне какое дело?

— Хорошо, — вздохнул я и решил изменить предложение. — Пятьдесят тысяч, всё, что я сказал ранее, и, так уж и быть, мы не станем открывать дело против Арминского.

— Ты обалдел⁈ Да какое дело⁈ — взвился он. — Тот парень сам упал. Все это подтвердили.

— Да что ты? — улыбнулся я и достал из кармана всё ту же флешку. — А вот видеозапись говорит иначе.

Поток эмоций со стороны Потапова моментально изменился.