— Прекрасно, — не смог я держать злой улыбки. — Пошли за мной.

Схватив Савина за воротник его пиджака, едва ли не потащил мерзавца к двери, по пути шепнув Анастасии, чтобы она просмотрела лежащий перед Вадимом документ. На её тихий шёпот о том, что, вообще-то, не может этого делать, сказал, чтобы не беспокоилась. Эту проблему я собирался решить прямо сейчас.

— Да что ты творишь⁈ — взвизгнул Даниил, когда я чуть ли не пинком выпихнул его из кабинета.

— Свою работу, дегенерат ты тупой. В отличие от тебя. Что, решил, что одно слитое дело позволит тебе своей жопой на кресле усидеть?

— ДА ЧТО О СЕБЕ ВОЗОМН…

Нет, правда. Он меня достал. Вдох. Выдох. Пара секунд, чтобы успокоиться, пока это ничтожество пытается восстановить сбитое ударом в живот дыхание.

— Ну как? Нормально всё? — спросил я у него. — Дальше будешь орать или ещё раз тебе врезать? Дай угадаю. Они предложили тебе мизерную компенсацию, да? Плюс подпись на документах, чтобы он молчал и не разносил слухи о случившемся? Нет?

Я прислушивался к его эмоциям. Савин злобно и обиженно пыхтел на меня, зло сверкая глазами. Пятьдесят процентов тряски и пятьдесят процентов ненависти.

— Что-то ещё, да? — понял я. — Что? Давай, говори!

От моего резкого движения в его сторону, Савин сжался и тут же начал лепетать.

— Три тысячи рублей компенсации, — заговорил он. — И признание, что он вёл себя агрессивно и сам спровоцировал конфликт в результате которого и упал. А взамен полиция не станет открывать на него дело…

Сука, как можно быть таким тупым?

— Ты совсем рехнулся⁈ — спросил я у него. — Какое ещё дело⁈ Это он пострадал!

— А полицейские говорят, что он первым напал на офицеров! — заскулил Савин.

— Кто тебе это сказал?

— Тот, что в кабинете. Какой-то Потапов! Или как там его…

Понятно.

— И ты хотел, чтобы он это подписал? Ты хоть понимаешь, что эти деньги ему даже лечение не покроют? Ты видел материалы? Один только перелом руки у него будет несколько месяцев заживать. Я уже не говорю о сломанных рёбрах… — объяснил, всё ещё не до конца уверенный, что врезал ему заслуженно. Может, просто из-за своего состояния или…

Видимо, мой спокойный тон вселил в него некую уверенность. Потому что его колени разогнулись и даже спина немного выпрямилась.

— Да плевать мне на его рёбра, — выпалил он мне в лицо. — Я хочу закрыть это дело! Или меня могут уволить…

Не. Всё же правильно я сделал. Ещё раз ему вмазать, что ли?

— А если ты его так закроешь, что, не уволят?

— Я покажу, что могу делать свою работу!

— Это на больничном, что ли?

— А я его закрою! — огрызнулся он. — И выйду. А выйду я и сразу завершу дело, и старая ведьма увидит, что я полезен! Её только это и волнует!

Нет, правда, что ли, ещё раз врезать? Ладно, спокойно, Саша. Ты же не такой.

— Рот свой закрой.