— Ага, как же, — пошел к лежащим на столе бумагам и взял их в руки. — Это и есть ваше предложение? Десять лет? Смеётесь?

— Это ровно в два раза меньше того, что она получит, — пожал плечами Стрельцов, вставая со стула и застёгивая свой пиджак. Тон голоса даже повода не давал для того, чтобы усомниться в его словах. Словно судебный приговор уже вынесен и обжалованию не подлежал. — Пусть прямо сейчас признает вину и тогда десять лет станут для неё пусть и трудным, но сравнительно небольшим наказанием за её мерзкий проступок. В противном же случае, её будут судить по всей строгости закона, как она того и заслуживает…

— Я же сказала вам, что я невиновна! — практически закричала Яна. — Я же говорила вам, что понятия не имела"

"— Знаете, сколько раз я слышал эти слова? — без каких-либо эмоций на лице спросил прокурор. — Десятки. Даже сотни. И каждый раз они оказывались ложью. Подобные вам распространяют эту отраву. Мерзкую дрянь, которая ломает судьбы людей и их жизни.

— А вы, значит, у нас белый и пушистый, так что? — не удержался я. — Вы не хуже меня знаете, что десять лет убью её будущее. Она не сможет получить нормальное образование. Не получит нормальной работы. Она лишится куска своей жизни просто потому, что у вас в заднице свербит сажать каждого встречного-поперечного. Так что ли?

Ну давай же! Хоть что-то! Хоть какие-то эмоции!

Этот мужик меня пугал. Действительно пугал. Я ощущал его эмоциональный фон, но тот был… серым, что ли. Как белый шум. Вообще ничего! Я словно видел перед собой мертвеца…

И в этот момент меня осенило. Вот в чём причина! Он действительно мертвец. По крайней мере внутри. В нём буквально не осталось ничего живого. Сейчас стоящий предо мной человек скорее механизм, подчинившей себя одной единственной цели, которую сам же перед собой и поставил.

— Меня мало заботит, что вы обо мне думаете, — сказал он, несколько секунд глядя на меня. — Всё, что меня интересует, это выполнить свой долг. И он заключается в том, чтобы эта девушка и мрази подобные ей сидели за решёткой. Я предложил ей сделку. Десять лет вместо двадцати, которые она получит в зале суда. И поверьте, я добьюсь максимального приговора. Ей девятнадцать лет. Она совершеннолетняя. А, значит, полностью осознавала свои действия.

— Её вина не доказана! — рявкнула Марина и тут даже я немного удивился гневу, что прозвучал в её голосе.

— То, что её вина пока ещё признана, а приговор не вынесен, девушка, это не ваша заслуга, — холодно произнёс Стрельцов, взяв свой дипломат. — Это всего лишь моя недоработка. Хорошего вам дня.

С этими словами он повернулся к нам спиной и направился в на выход.

О, нет. Вот так вот я это оставлять не собираюсь. Решил играть грязно? Да не вопрос. Но в эту игру могут играть двое.