Капитан Эш переглянулась с Джорданом. Его лицо оставалось непроницаемым. Свое мнение он выскажет ей наедине, подальше от чужих ушей. Слухи в «Улье» распространяются быстро, и ей не хотелось подогревать сплетни и провоцировать всплеск паники.

– Никому ни слова о том, что вы мне сказали, – сказала Мария. – Это приказ.

– Слушаюсь.

Из-за экономии электричества стало темно. Больное горло горело огнем. Капитану Эш казалось, что она чувствует, как раковые клетки пожирают ее изнутри. «Улей» тоже болен чем-то вроде рака – ему не хватает энергии. Сэмсон прав: корабль умирает, и, если Икс не вернется с новыми топливными элементами, вопрос будет не в том, упадут они или нет на искореженную поверхность, а в том, когда это случится – как до того случилось со всеми другими воздушными судами.

Два часа блуждая по мертвому городу, Икс о многом успел подумать. К земле его тянул не только вес штурмовой винтовки, которую он взял из капсулы со снаряжением. Пробираясь через пустыри и поднимаясь на возвышенности, чтобы оглядеть местность, он чувствовал, что на плечи тяжелым грузом легла смерть каждого дайвера из его команды. Уилл, Родни и Аарон – еще три трупа в груде мертвых тел.

Он почти заставил себя поверить, что это был несчастный случай, но от удара, нанесенного яростью и горем, в душе по-прежнему все кипело. О чем только думает командование?! Выбросить отряд прямо в электрический шторм – страшная ошибка, за которую члены его команды поплатились жизнью. И теперь он тащится по радиоактивной грязи там, где должна была быть зеленая зона.

Человечество стало еще на три смерти ближе к вымиранию, и, если он не найдет топливные элементы, половина из тех, что пока живы, умрут. Пятьсот сорок шесть мужчин, женщин и детей, находившиеся над ним на высоте двадцать тысяч футов, рассчитывают на него.

Если ему повезет вернуться, он найдет тех, из-за кого сын его лучшего друга остался сиротой. Вот еще один повод выжить.

Далекий удар грома вернул его к реальности. Икс поднял бинокль и посмотрел на разрушенный город. Вспышки молний подсвечивали башни сзади. Он выключил прибор ночного видения и увидел мир в его подлинном обличье – серый, коричневый, мертвый. Несмотря на все старания, ему не удавалось представить гул и суету этого города до того, как на него посыпались бомбы.

Кладбище мертвых зданий простиралось насколько хватало глаз. Посреди огромного открытого пространства Икс чувствовал себя, как в ловушке, костюм словно душил, обзор был слишком узким. Какая ирония! Обычно прыжки давали ему, человеку, всю жизнь прожившему в тесноте «Улья», возможность вырваться из удушливого, контролируемого, строго регламентированного окружения. Но сейчас он чувствовал себя одиноким, как рыбка в тазу.