Я заруливаю в помещение, похожее на кухню, подхожу к холодильнику и открываю его, чтобы найти воду. Пить хочется ужасно. Задумчиво смотрю на полки, когда позади раздается голос, и визжу. Громко и испуганно. В который раз за день.

— Цыпа, раз ты тут… — маньяк замолкает, когда я оборачиваюсь, испуганно прижимая руки к груди, и цыкает, — у меня уши завяли. Ты что орешь?

— Я думала, что тут одна вообще-то, — выдавливаю я.

— Нет, цыпа, я пока с тобой. Сваргань омлет, а?

У меня приподнимаются от удивления брови.

— Я не умею.

— Цыпа, не ври. Студентка и не умеет готовить? Ты бы не выжила.

Давай. Из четырех яиц.

«А лицо не треснет?» — скептически думаю я. Но послушно достаю четыре яйца из лотка, и мою их под краном. Потом в шкафчике нахожу глубокую миску и вилку. Разбиваю в нее яйца, представляя, что это яйца Садаева, а не куриные. С удовольствие бы накормила эту компашку их главарем.

У маньяка звонит телефон и он выходит из кухни, чтобы с кем-то пообщаться, а я быстро открываю ближайшие ко мне шкафчики в надежде найти аптечку. Может быть, я смогу найти снотворное, усыпить моего надзирателя и вытащить у него ключи от входной двери.

Но, к сожалению, аптечки нигде нет. Я со злости плюю в омлет и взбиваю его. Выливаю на сковородку и спустя десять минут подаю вернувшемуся за стол маньяку тарелку.

— Приятного аппетита, — с сарказмом говорю я. Он скептически смотрит на тоненький опавший омлет и тычет в него вилкой с некой опаской.

— Готовка не твоя сильная сторона, цыпа.

— Предупреждала же, — пожимаю я плечами, — еще распоряжения будут? Полы вымыть? Окна протереть? Я все делаю одинаково плохо."

"Маньяк смотрит на меня и иронично кривит губы в ответ на мою реплику.

Но я, честно говоря, не собираюсь становиться их прислугой. Готовлю-то я неплохо, впрочем, как и убираю, однако, демонстрировать свои умения сейчас — себе дороже.

— В твоем положении, цыпленок, лучше стараться быть полезной.

— Отпустите меня на волю, — произношу я, — мой отец будет меня искать. Если он узнает о том, что вы меня похитили — вам будет плохо.

— Да ты что? Твой отец тебя за пять лет не нашел у себя под носом. Так ли ты ему нужна?

Я прикусываю язык. Черт, теперь я прекрасно понимаю, насколько была хрупка моя вторая личность.

Рустам рассекретил меня буквально за полчаса. Конечно, у него наверняка очень хорошие связи и знакомства, он бы и более хитрую подделку документов мог бы раскопать при желании, но все же… теперь факт, что меня не нашел мой отец за целых пять лет, с такими-то паршивыми документами, вызовет у Садаева и компании много неудобных вопросов ко мне. И я даже не знаю, как на них отвечать.

— Дай нож, — просит меня маньяк, пока я зависаю, раздумывая над его словами.