— Я что-то не думаю ,что капитан будет гореть желанием доставить нас черте-куда забесплатно.

— Ну, во-первых, капитан нам не нужен. А во-вторых, как вы договаривались о разделе неправедно захваченного имущества, я имею в виду шлюп?

— Половина наполовину. Но на половине ты не поплывешь, а целиком мы его не сможем выкупить, даже если все вывернут карманы. Да и не горит народ желанием — одно дело руку поднять, когда все тянут, а другое дело мошну открыть, — сказал Бенидан. — И ведь что самое интересное, на него он глаз положил. На предложение продать фыркнул, как рассерженный кот.

— Что вполне естественно, — я глянул в кормовое окно каюты, где волочился шлюп, взятый «Перстом» на буксир. — Одно дело, когда один корабль, другое — два, это уже флотилия. Тем более такой красавец и с такими качествами.

— Пусть тогда выплачивает половину стоимости, — предложил Бенидан. — Только я в этом сомневаюсь, что у него найдется столько денег.

— Вряд ли.

— Значит, когда он прибудет в Тарисо, где у него все свои, может быть разборка вместе с поножовщиной.

— Значит, надо сделать это, пока мы не прибыли на место, и численный перевес на нашей стороне.

Предлагаешь захватить его? — спросил Бенидан.

— Нет, я не настолько безрассуден, — сказал я. — Сами мы, как сухопутные, туда не дойдем. Да и просто не хочется лишнего кровопролития. Попробуем договориться. Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться.

Прозвучало все, как в старом хорошем фильме. Действительно, мысль у меня хорошая. И предложение тоже, пока мы не на его территории.

— Слушаю! — сказал Бенидан.

— Вот слушай...

Глава 23

Когда мы входили в гавань, я глядел во все глаза на открывающийся вид.

Пиратская столица была построена не просто с размахом, а напоминала укрепленную военно-морскую базу. С моря на побережье ее прикрывали крепостные стены — да-да, самые настоящие — с артиллерийскими и стрелковыми башнями, увенчанные сверху где мерлонами, где крытыми боевыми ходами. Все это прикрывало вход в гавань и пляж, исключая возможность прорыва вражеских сил или десанта на побережье. За это можно было не беспокоиться. Кроме того, поодаль, на скалах стояли отдельные башни, контролирующие прибрежные воды.

Мы прошли в гавань между двумя огромными артиллерийскими башнями, которые контролировали собственно вход, чтобы ни один корабль или флотилия не попытался прорваться силой и без спроса.

Да к тому же башнями дело не кончалось. В склизких, покрытых тиной каменных стенах башен были ввернуты здоровенные, с человека величиной крепления из какого-то нержавеющего материала, с которых свисали звенья цепи, уходившей в воду. И звенья эти в магическом зрении просто светились красным, обещая попытавшемуся прорваться сквозь них веселую, правда короткую, жизнь.