Ах, если бы вы знали, княжна, как переживал за вас Марк! Как места себе не находил…

- Так почему же не нашел времени, чтобы навестить меня? – спросила я немного резче, чем собиралась.

Взгляд Вознесенской помрачнел. Она на миг поджала губы, а я мысленно отругала себя за неподобающее поведение.

Не так меня воспитывали родители. Да, по сути, я сейчас поступила некрасиво, сорвав обиду на матери Марка. Воспитанные девушки так не поступают, они всегда помнят о приличиях.

Чтобы хоть как-то смягчить свою резкость, я вернула Вознесенской улыбку, и Мария Федосеевна ее приняла, только в глазах женщины промелькнуло недовольство, прикрытое напускной любезностью.

- Княжна Александра, - Марк подошел ближе и предложил мне свою руку.

Опустив взгляд, я заметила, что кожа на его ладони и пальцах стала ухоженной и мягкой. Кажется, княжич успел избавиться от мозолей, заработанных на практике в крепости, когда каждый день тренировался с оружием в руках.

А еще вспомнила другие руки, сильные, шершавые и надежные. Руки, которых хотелось касаться до бесконечности, за которые хотелось держаться всю жизнь.

- Вы позволите проводить вас к столу? – спросил Марк, сверкая глазами. Вид у него был сияющий и довольный. Кажется, хоть кто-то из нас радовался возвращению в столицу.

Хотелось отказать и отказать резко, но я вовремя опомнилась и напомнила себе о манерах. А потому лишь кивнула и вложила свои пальцы в холеную руку княжича, убедившись, что он, не без помощи целителей, убрал все мозоли, вернув ладоням прежнюю ухоженность. Вдохновленные нашим примером, родители разбились на пары и так мы проследовали в зал. Отец вел под руку Марию Федосеевну, а матушка плыла рядом со старшим Вознесенским и занимала его пустой беседой о погоде."

"В обеденном зале все уже было готово к трапезе. Марк подвел меня к столу, собственноручно отодвинул для меня стул, а затем занял место рядом. Слуги подали закуски и разлили вино. Затем отец начал беседу, заговорив о теме, которая волновала и интересовала всех в столице. А именно, о прибытии джарганского царя и его свиты.

- Он приехал, чтобы подписать мирный договор, - заявил Вознесенский-старший.

- Скорее, продлить его. Данный договор был подписан десять лет назад, - пояснил мой отец.

- Надо же, джарганцы, - произнесла княгиня Мария. – Они представляются мне диким народом. Да и что взять с тех, кто живет на севере в домах из снега и одевается в шкуры. – Она рассмеялась, а мой отец, покосившись на Марка, спросил:

- Вы ведь тоже были там, на севере. И что можете рассказать о народе Джаргана? – он вопросительно изогнул бровь, а Марк, подобравшись, лениво откинулся на спинку высокого стула, и ответил:

- Дикари, как и сказала моя мать. Все, чем они сильны, это драконы.

- Это неправда, - я не смогла удержаться от негодования.