Она завела мотор, но Альберт Владимирович все не уходил, стоял рядом, легонько попинывая сугроб.

– Что? – Наташа опустила боковое стекло.

– Ничего, – сказал Глущенко мрачно и вернулся в клинику.

Наташа ехала грустная. Она не сердилась на Глущенко за то, что он обозвался нехорошим словом, потому что вполне поверила его объяснениям. Когда работаешь по пятнадцать часов в сутки, и не такие слова можно перепутать! Но она представляла, каково сейчас Альберту Владимировичу, что он чувствует, и расстраивалась, что ничем не может ему помочь."

"О «стукачестве» она знала не понаслышке.

Наташа училась в школе с «преподаванием ряда предметов на английском языке», в которой хороших, благонадежных учеников периодически предъявляли иностранным делегациям, показать, в каком достатке растут советские дети, какие они все умненькие и верят в коммунизм. Попасть на такую встречу считалось удачей – так здорово было хоть на секунду прикоснуться к другой жизни, воочию увидеть то, что большинству советских людей доступно только через телевизор. А главное, там иногда можно было получить подарок: ручку, значок, блокнотик или другую подобную мелочь, обладание которой существенно повышало престиж советского ребенка. Наташе эта «раздача слонов» всегда казалась немножко унизительной, но у нее все это и так было благодаря папе, а другим детям повезло меньше. Но в жизни часто так бывает – то, что не нужно, достается тебе без всякого труда. Наташа была умненькая, воспитанная, вежливая девочка с прекрасным знанием языка, поэтому ее всегда выбирали представлять советских детей перед иностранцами. После одной такой встречи в Доме дружбы Наташу вызвали к «английскому» завучу. Учительница с торжественным видом сказала, что до администрации дошли сведения о неподобающем поведении ученицы Попович. Якобы она в беседе с иностранцами говорила гадости о школе, учителях и жизни в СССР в целом. Наташа честно задумалась, припоминая разговор – что именно из ее слов можно было истолковать так превратно. Нет, все прошло как обычно, по стандарту. Нейтральный разговор о красоте Ленинграда, о достопримечательностях, которые нужно обязательно посмотреть, вот и все. Наташа была совершенно довольна жизнью, ну а если бы и нет, то иностранцам она бы точно жаловаться не стала! Нет, тут даже недоразумения никакого не могло быть! Поджав губы с очень мудрым видом, завуч сказала, что они, конечно, не станут применять мер к такой хорошей ученице на основании одного-единственного сигнала, но пусть это послужит Наташе уроком. Нужно быть очень осторожной в своих суждениях. Наташа тогда попросила сказать, кто именно про нее такое сообщил. Может быть, если они все вместе соберутся и поговорят, инцидент будет исчерпан.