Супруг и повелитель желали лицезреть своего брошенного сына, тем более что у последнего хватало ума не кидаться на шею с возгласами «папа, папа!», а усердно делать вид, будто он ничего не знает и просто очень уважает Шевелева. Приятно было видеть, как Зоя Федоровна начинает трястись от злости, стоит мне появиться на пороге, но для возмездия этого было слишком мало, а кроме того, я признавал за ней право ненавидеть меня. Со временем я к ней даже привязался, а вот с отцом обстояло в точности наоборот. Он должен был признаться мне, в конце концов, я находился как раз в том возрасте, когда человек отчаянно нуждается в поддержке взрослого мужчины. Я сейчас не о «как не порадеть родному человечку», а именно о моральной поддержке, духовной помощи, без которой в мальчике не может раскрыться мужское начало. Господи, да я никому не сказал бы, но Шевелев не рискнул даже такой малостью ради сына. Надежда Георгиевна, еще раз повторю, я не сделал ничего дурного. Как вы узнаете из моего дальнейшего рассказа, каждый из них мог с легкостью избежать любой моей ловушки, если бы поступал по совести или хотя бы включил голову. Кроме того, у Павла Дмитриевича была сотня возможностей сделать так, чтобы я отказался от мести, но он всеми пренебрег, и мне не оставалось ничего другого, как начать действовать. В приемной комиссии университета я познакомился с красивой девушкой весьма недалекого ума. У нас завязалось что-то вроде дружбы, а когда выяснилось, что любовь и прочие чувства девушка ни во что не ставит, а мечтает взять подороже за доставшуюся ей красоту, я с удовольствием познакомил ее с Димой. И кто виноват, что он очумел от ее внешности и не разглядел мелкой душонки? Не я же. Я появился на горизонте несколько позже, когда Дима сделал предложение, и всего лишь заметил, что она достойна большего. Возможно, попросил обратить внимание, как смотрит на нее отец жениха, но она прекрасно видела это и сама. Если Дима очумел, то папаня наш просто обезумел. Поздняя стариковская любовь скрутила его в бараний рог, а я только наблюдал за этим цирком и вел долгие разговоры со своей подружкой, которая держала меня и за мамочку, и за старшего брата, хотя мы были почти ровесники. Я говорил, что Дима еще очень молод, влюбленность его может очень быстро пройти, и девушка останется ни с чем, потому что он еще не достиг того уровня, где надо выбирать между разводом и карьерой. Он мечтает о путешествиях и такой шалопай и авантюрист, что ничего путного из него никогда не получится. То ли дело папаша! Эх, Надежда Георгиевна, поверьте, он долго не упрямился, прежде чем увести женщину у сына.

– Не хочу смаковать эту гадость, пожалуйста!

– Согласен. Дальше события развивались очень типично.