Упаковал я все это в пропитанную глиняным жидким раствором мешковину, сверху замотал еще влажным мешком, увязал и обмотал целлофаном.

Но вот куда еще больше полсотни тысяч деть? Сразу столько снять не дадут, а то Бог бы с ним, с курсом. Да и на фальшивках терять неохота. Перевести можно куда угодно, в тот же Новосибирск, но как там снять наличку за то время, что я там буду? Вот задачку задал Анвар Шарипович. Впрочем, кое-что можно попробовать сделать.

Я подошел к телефону:

– Тетя Роза, здравствуйте. Это Володя Яушкин. Можно к Вам зайти? – После ее согласия я завел новоприобретенный грузовик, и поехал к ней.

Тетя Роза была матерью моего мастера на ТАПОиЧе, ташкентском авиазаводе. Когда после развала Союза переворовавший Есик линял в Израиль, я помог ему перевезти кое-что домой к матери, которая жила от нас через три улицы.

– Здравствуйте, тетя Роза. Добрый вечер.

– Здравствуй, Володя. Извини, что не пришла на похороны твоего деда, я уже настолько старая, что скоро сама с ним увижусь. Говори, что тебя ко мне, старой еврейке, привело?– Ухоженная восьмидесятилетняя женщина завела меня в дом. Ее сын был старше меня на десять лет, но все равно был поздним ребенком очень уважаемой в махалле женщины. Ее связи, казалось, опутывают весь мир. Именно она советовала деду с бабушкой продать дом и ехать в Россию в восемьдесят девятом. Мол, Союз скоро развалится. Дед тогда долго смеялся, а зря, как выяснилось.

– Тетя Роза, продайте мне те железки, которые мы вам с Иосифом девять лет назад привезли. Вы же их не продали до сих пор? Они все равно у вас пылятся, а мне нужны. – Тогда я помог разгрузить и спрятать в сарае почти полторы тонны инструмента, по моим прикидкам, тысяч на семьдесят долларов по нынешним ценам. И это по внутренним, межзаводским ценам, когда обменивают инструмент. А по рыночным раза в два дороже.

– Володя, ты пытаешься обмануть старую женщину? Ты знаешь, сколько это железо стоит? И ты хочешь сказать, что имеешь эту сумму денег? А зачем тебе тогда это железо, если есть такие деньги? Почему бы тебе тогда не уехать в Россию? Ясное дело, в Америку или Израиль еще лучше, но ведь твоя мама не еврейка, к моему великому сожалению."

"– Нужно, тетя Роза. Не спрашивайте почему, но мне нужен товар. Ведь деньги – это бумага, которую просто ценят за американских президентов, которые на ней нарисованы. Золото не купишь, к сожалению. Так что я хочу купить у Вас инструмент. Я готов предложить Вам пятьдесят тысяч долларов оптом.

– Володя, ты думаешь, если я учительница английского языка, то ты можешь думать про меня глупо? Мне Иосиф сказал, чтобы дешевле шести десятков тысяч американских денег даже не думала продавать.