— Откуда ты узнал, что я здесь, Даниил Федорович? — полюбопытствовал Зверев. — Случайно, али подсказал кто?

— Да брат и сказал, — легко признался гость. — Помнит, как сдружились мы в осаде. Вечор спросил, помню ли я князя Сакульского? Как я расспрашивать начал, так и указал, где ты поселился. Просил, коли навещу, узнать у тебя кое-что.

«Однако! — мысленно отметил Зверев. — Мы только вчера приехали, ан Адашев уже все знает. Быстро проведали. Или от Москвы проследили? Видать, оказался я кому-то костью поперек горла».

— Сказывал Лешка, в Ливонии у тебя интерес какой-то возник.

Интересно ему, насколько сие дело велико стало, чем помочь можно? Сказывал, целиком перекупить готов, коли ты согласишься.

— Перекупить? — не сразу понял Андрей. — Что там покупать-то? Кроме интереса и нет ничего.

— Он, может, и интерес купит, княже. С него станется.

— Ах, вот оно что… — рассмеялся Зверев и снова наполнил кубки. — Интерес. Разве же его продают? Это все равно, как мечту продать, надежду. Сбудется, нет — неведомо, ан без мечты и надежды жизнь тосклива становится. Уж лучше несбывшийся интерес, чем проданный…

Итак, ему предлагали взятку.

Предлагали назвать цену, за которую он согласится не портить чужую игру, не будоражить государя и народ скандалами из всеми забытой окраины. Интересно, Адашеву-то с компанией чего там нужно? Надеются поделить уворованную дань? Так ведь Кетлер про русских сообщников ничего не упоминал. Тогда что?

— Брату-то твоему что за прок с этой Лифляндии? Нечто за судьбу епископств тамошних беспокоится?

— Про то не ведаю… — развел руками Даниил. — Отродясь его в этой глуши ничто не привлекало.

Может, Лешка просто замириться с тобой желает? Сказывают, ты на него обиду таишь. Оступился он когда-то, слаб волей оказался. Государь простил, а ты не хочешь."

"— Ливония-то тут при чем?

— Ни при чем, княже. Он тебе отступного даст, а ты обиды забудешь. К чему на Руси грызня меж преданными слугами царскими?

Похоже, Даниил даже не подозревал, что последние события были связаны с ливонским посольством и обманом, задуманным комтуром Кетлером. Значит, его решили использовать «втемную», просто как общего для двух сторон друга, через которого можно передать мирное предложение.

Плату предлагали за отказ князя Сакульского лезть в ливонские дела, и только за это. Хотя, если согласиться — Адашев и его сообщники наверняка перестанут считать Зверева своим врагом. Что за враг, которого можно купить, с которым легко договориться? Причем это будет мир с царским писцом, начальником государевой канцелярии. С тем, кто выписывает приглашения, пропуска, кто всегда может напомнить царю о твоем существовании, предложить на доходную должность.