И первые мгновения кажется, что ничего страшного в этом нет. Но это только в первые мгновения.

***

Часы работы сливаются в одно бесконечное мучительное мгновение. Не обращать внимания на опутывающие меня ростки и усиливающуюся слабость, поздравляющих гостей, падающих на пол гостей, жалобно стонущих гостей, мертвенно-бледного Элоранарра и потерявшего сознания Тарлона очень трудно. Ползать вместе с Эзалоном по принесённым Санаду стремянкам, чтобы добраться до плетения на стенах и высоченном потолке, ещё труднее. Но я раз за разом отыскиваю нужную нить, подцепляю демоническим когтем Эзалона, высвобождаю из общего узора и перерезаю.

Сотни, а то и тысячи нитей аккуратного плетения. Мне кажется, создавала его не Заранея: она всегда была на виду, у неё не было времени плести это. Но кто помогал? Фрейлины? Кто-то ещё?

Стараюсь не думать об этом, о ней, ведь моя главная задача – разобрать магическую печать поглощения.

Что делают остальные, мы с Эзалоном, отрезанные от коридора ростками, долго не знаем, но ясно одно: в вентиляцию теперь поступает воздух без сладкого запаха.

Цепочка моего призрачного ошейника смещается из стороны в сторону. Похоже, Санаду чем-то занят.

***

После долгого неведения и кропотливой работы, во время которой я только благодаря крыльям не сверзилась с высоты, последняя нить защиты магического плетения, наконец, срезана. Само плетение всё так же покрывает стены, питая ростки – истончившиеся, но по-прежнему «пьющие» гостей и нас с Эзалоном.

– Теперь выжигай, – велит он.

– Уверены?

– Нет, но ты жги."

"Твёрдо встав на полу, обращаюсь к источнику и выпускаю магию. Золотистый туман расстилается передо мной, но я веду его на стены и потолок, укладываю ровным слоем. Ни единой крупинке не позволяю приблизиться к гостям. Уплотняю магию так, чтобы она полностью покрыла и забила собой основу чёрного узора – сжёчь эту мерзость на раз.

А потом – выдох.

И ослепительная вспышка белого огня по стенам и потолку.

Даже запаха гари нет, просто становится очень жарко. И эпичные изображения на стенах превращаются в пятнистое полотно выгоревшей штукатурки.

Часть отростков, хотя они прорастают из плетения на полу, бессильно падает.

Голова идёт кругом, и Эзалон поддерживает меня.

– Теперь попроси гостей подойти к тебе и сожги печать на освободившемся участке. Потом переведёшь гостей на другое место и сожжёшь оставшееся. А я буду оттаскивать тех, кто упал. Давай, Валерия, ты можешь.

Вяло беседуя, шатающиеся бледные гости не слышат моих приглашений. Мы с Эзалоном пытаемся их вывести, но все упираются, приходится отогнать их к сидящим у стены Элоранарру и Халэнн. Эзалон, кряхтя и причитая, оттаскивает лежащих без чувств.