Все же мужу удалось заткнуть чье-то самолюбие!

Я закричала, обнимая вставшего из-за стола довольного победой Витю, поцеловала его в губы, зная, что с таким выигрышем он скорее прекратит играть, чем рискнет потерять сумму. Но в душе еще пенилось ехидство, что именно Витя выиграл у заносчивого гостя.

— Поздравляю, — один из партнеров влез между нами и хлопнул Витю по плечу, заодно пожимая руку.

Похоже, не одной мне приятно, когда самоуверенный босс спустил сто тысяч моему мужу!

— Ха-ха! Все вернул, Виталь? Отличная игра.

— Поздравляю. Иногда и уверенные двадцать лучше эфимерных двадцати одного, а?

В общем, я как-то оказалась оттесненной от стола и мужа, но не переставала улыбаться, когда раздался спокойный холодный голос Марка.

— Пересчитайте последнюю ставку победителя.

В зале снова стихло, а меня пробрала дрожь. Я то знала, что там не хватит двух тысяч, которыми я расплатилась за чертову водку для босса.

Глава 2. Отель

— Пересчитайте последнюю ставку победителя, — раздался холодный голос босса, и мое сердце рухнуло вниз.

Что бывает за жульничество в казино?

На крупье теперь смотрели все приглашенные: и гости, и партнеры. Тогда до меня дошло, что мужа не посадят за недостачу, само казино в нашем городе дело незаконное, но это нанесет непоправимый ущерб его репутации.

Непоправимый! Вопрос даже не в том, что большой босс не оставит мужа управлять компанией, а в том, что слухи по нашему городу разнесутся молниеносно, обрастая подробностями и размахом мошенничества Вити. А он стоял и ждал, когда крупье досчитает пачку тысячных купюр, даже не сомневаясь, что все будет в порядке, и внутренне насмехаясь, что Безруков просто не умеет проигрывать, цепляясь к каждой мелочи.

— Подождите! — я сделала к столу всего полшага, но этого хватило, чтобы всё внимание переключилось на меня, а крупье перестала отсчитывать купюры. — Тут недоразумение… Муж просто не знал, я не успела предупредить…

— Замолчи, — оборвал меня Витя, подходя ко мне и пытаясь не выдать раздражение. — Она перенервничала.

— Вить, там не хватает двух тысяч, — тихо, сбиваясь затараторила я, заискивающе глядя в его глаза. — Я расплатилась за минералку и…

— Ты что?! Дура! — последнее он зарычал, грубо хватая меня за локоть и утаскивая из зала к злосчастным туалетам.

Он кипел, его трясло от бешенства, я чувствовала это по железной хватке и пальцам, безжалостно вцепившимся мне в руку. Но он имел право, я прекрасно понимала последствия.

— Минералку? — сдавлено прошипел он. — Тебе, дряни, шампанское в глотку не пролезло, я не пойму? Я. Отправил. Тебя. Снять сто тысяч!

— Прости…

— Заткнись!

— Я виновата, не успела сказа…"

"Он наотмашь ударил меня по лицу, от чего скула сразу заныла и запульсировала, а перед глазами вспыхнули искры.

— Сука.