Не снимая полога невидимости, я помчался к ограде, а внутри разнёсся тихий рык Сандала.

— Шли по лесу егерр-р-ря!

Трое Одарённых, что несли вахту во дворе, даже не успели ничего понять. Пусть их тела были напитаны энергией мёртвых душ, а почти все органы превращены в артефакты, но потеря головного мозга влияла на них точно так же, как на других смертных. А щита, способного остановить призрачного дракона, ни у кого из них не имелось.

Я влил немного божественной силы в плоть и одним прыжком перемахнул через ограду. Сразу же бросился ко входу в поместье.

Сандалу, этого времени хватило, чтобы разделаться ещё с тремя Чернокровыми. А к моменту, когда я оказался в коридоре, он прикончил и двоих оставшихся.

Вот владелец поместья, повёл себя странно. Вместо того, чтобы сражаться или бежать, он запустил артефакты внутри своего тела. Сразу целую партию — около полусотни штук. Воздействие у них оказалось слабым. Но зато весьма целенаправленным — они за какое-то мгновение разорвали контакт его души с оболочкой.

Основная цель, понятное дело, была не в этом — душа сразу же устремился к одной из стен, явно намереваясь покинуть пределы поместья.

Что интересно, двигалась она вполне осознанно.

Только вот сбежать, не вышло. Я дотянулся до неё божественной силой. Остановил. Сжал в тиски. И вернул внутрь смертной оболочки, загнав на старое место.

А через пару секунд сам оказался в гостиной. Хозяин имения, глубоко втянул воздух, смотря на меня широко распахнутыми глазами. Держась за грудь просипел.

— Кто ты?

Я заметил лежащего на полу юриста, рядом с которым валялся его мозг и неодобрительно покосился на Сандала.

Потом упёр свой взгляд во владельца поместья.

— Давай для начала поговорим о тебе. Расскажешь правда и проживёшь ещё какое-то время. Вполне вероятно, что дольше пары часов. Станешь лгать — умрёшь сегодня.

Тот оценивающе посмотрел на меня. Бросил взгляд на тело своего юриста. Подумал. И решившись, озвучил ответ.

— Перед вами маркиз Гонгазо-Мышковский. А с вами, судя по стилю расправы над моими людьми, мы уже встречались, верно?

Глава X

Несколько секунд я рассматривал человека, который сидел передо мной в кресле.

Маркиз Гонгазо-Мышковский должен быть мёртв. По крайней мере, именно этой версии придерживались все, кто был каким-то образом замешан в деле.

К тому же роль патриция, была пусть и важной, но относилась ко второму эшелону. А то и к третьему. Он не принимал важных решений, а лишь исполнял их. Да и сфера ответственности, ограничивалась обеспечением потока контрабанды через порт столицы.

Сейчас же я видел смертного, который самостоятельно отделил свою душу от оболочки и едва не сбежал.