Оказавшись внутри, окружил её защитным барьером и дав Прохору команду неспешно ехать к усадьбе, наконец принял вызов.

На экране показалось лицо Бельского, на котором отображалась изрядное облегчение. Через секунду оно сменилось изображением Натальи Волконской, вперившей в меня гневный взгляд сверкающих глаз. В данном случае, это не было преувеличением — глаза у неё, в буквальном смысле слова, сияли.

— Этот адвокат говорит, что следил за моей внучкой по твоему приказу. Это правда?

Судя по тону, княгиня была в состоянии полного бешенства. В принципе, объяснимо — сначала она узнала, что контора Бельского занималась сбором информации о её роде, а потом пришла новость об убийстве виконта Элье, в чём обвиняли уже меня. Не говоря о том, что скорее всего она беседовала с псевдо-Анной и та изложила ей свою версию событий."

"Конечно, я мог бы сказать ей, что франкский патриций прикончил себя сам, а свидетельские показания фрейлин не стоят и ломаного асса. Да и вообще, они сами не совсем настоящие. Но на мой взгляд, для подобных новостей стоило провести предварительную подготовку. Тем более, данные, что были зафиксированы следящими плетениями, я мог просматривать лишь самостоятельно. Разве что получилось бы продемонстрировать кому-то из членов свиты. Но уж точно не постороннему человеку.

Поэтому, я задал встречный вопрос.

— Как давно вы видели свою внучку? Не на экране дарфона, а лично. Находясь рядом и имея возможность проверить её состояние и отпечаток силы.

Уголки губ смертной дёрнулись. Судя по всему, она была готова немедленно обрушить на меня свой гнев из-за отсутствия спешных и детальных объяснений. Но уже через мгновение на лице отразилась некоторая задумчивость.

— После того, как она попросила оказать услугу Измайлову. На следующий же день.

Я с досадой поморщился. Давно. Выходит, это вовсе может быть не первый дубликат княжны, который выходит в свет.

— Что насчёт её охраны? Почему она путешествует без неё?

Княгиня чуть приподняла брови и внезапно улыбнулась. Той самой улыбкой, последствия которой порой бывают куда хуже открытого гнева.

— Василий. Дорогой мой. Тебе не кажется, что это мне следует задавать вопросы? Ты пустил по следу моей внучки ищеек и разделался с её спутником. А сейчас задаёшь абсолютно идиотские вопросы.

Секунду помедлив, добавила.

— Не думай, что раз ты каким-то чудом спалил родовую крепость Абэ, то теперь все остальные станут плясать перед тобой на задних лапках.

Пожалуй, княгиня пришлась бы по вкусу Марсу. В качестве члена свиты, конечно. Что-что, а долговременные отношения брат никогда не признавал. Его максимум — спустить пар с куртизанками, после чего снова ринуться в бой.

— И в мыслях не было.