Задумка такая была, покажи, Кондрат!

По взмаху князя плотник повернул наборный щит из реек на ножках-распорках, до этого стоявший к нам ребром. На лицевой стороне оказалась схема: городская стена, гавань Почайны с пристанями, мыс за ней и Днепр за ним. По зимним замерам знали, что ширина там была под три с половиной сотни саженей. Около восьмиста метров выходило, если примерно. Первая мысль была перегородить реку насадами да лодьями, вставшими к борту борт. Но подтянуть в Киев столько было не только катастрофически дорого, но и в принципе невозможно, ввиду отсутствия в наличии. Или, как исчерпывающе доложил Гнат, «ибо потому что». Три с половиной десятка больших транспортов нашли еле-еле, задействовав все резервы и всю возможную мотивацию. Кого-то удалось уговорить, кого-то перекупить, а иным согласиться помогли суровые ребятки Звона Ивана и Антипа Шило, появлявшиеся незваными и убедительно уверявшие, что, мол, или этот заказ князя-батюшки берёте — или все кораблики ваши дымом к батьке-Перуну полетят, кроме того, что пеплом да золой к Речному Деду отойдёт. А сами вы пойдёте по́ миру с сумой. На одной ноге. Сломанной.

Да, дикое время, дикие нравы, дремучая косность сознания, что поделать? Но узнав, сколько платит, и на самом деле платит, живыми полновесными киевскими гривнами, какие в каждом порту менялы принимали без разговоров, великий князь за каждый день — успокаивались. И работали на всю сумму. Как и на этот раз."

"Поглядев, как движутся, выстраиваясь звеньями по три, лодки по синей ленте реки, мужики сперва насупились. Потом взяли чесаться, кто где горазд. Потом, после третьей демонстрации, сбились в кружок и принялись гудеть на все голоса под заинтересованными взглядами Ставки. И, наконец, родили: из круга вышел самый старший, седой почти добела, но крепкий, как морёный дуб, дед. Он перекрестился наперво, подняв серые умные глаза к небу, потом поклонился поочерёдно патриарху и великому волхву, и в конце концов обратился к великому князю:

— Не вели казнить, Всеслав Брячиславич, — начал он издалека. Но тут же перешёл к делу, — Да только дурь вы выдумали, прости на грубом слове. Стянет нас Днепр, не выгребем так. А ну, как ринется в воду княжич? И вся придумка — псу под хвост. Нет, иначе надо!

— Научишь, отец? — не выдержал воевода.

— Гляди. Двумя нитками пойдут насады, под берегами, где течения такого нет. Вот тута первые на прикол станут намертво, — старик подошёл к экрану и водил по нему коричневым пальцем, по мановению которого кораблики устроили настоящий балет. — Дальше крайние в нитках один за другим паруса ставят и начинают к стремнине выгребать. Навроде воротных створок выходит.

И вправду было похоже.

— Дальше кошками сцепляем корму первого с носом следующего.