Тем более, что когда я все-таки включаюсь обратно в разговор, понимаю, что всю эту информацию о моем сыне отец не мог получить просто из “соседских визитов”. Нет, у него был верный информатор внутри… Саяра.

Глава 55

Смотрю на часы и тщетно пытаюсь прикинуть сколько сейчас времени в Якутии. Помню, что у нас шесть часов разницы, но в какую сторону? У Саяры сейчас вечер или раннее утро? В итоге, так и не справившись с этой сложной математической задачей, достаю телефон и все-таки набираю соседку.

— Привет, — настороженно отвечает она. Голос вроде бы не сонный, но все равно какой-то не такой. Слишком приглушенный или даже обреченный. Будто звоню не я, а коллекторы из банка.

— Я не сильно тебя отвлекаю? Мне очень нужно задать тебе несколько вопросов.

— Я знаю, детка, — вздыхает она. — Приезжай.

— Приезжать? Нет, я… Вы же сейчас в Якутии.

— Мы не полетели, Алиса.

— Но почему? Вас же отвезли в аэропорт. Все в порядке? Что-то случилось?

Вопросы сыплются из меня как из рога изобилия, но она перебивает меня и поясняет:

— Я знала, что скоро ты все узнаешь. Знала, что у тебя будет много вопросов. Приезжай, мы дома.

Несколько секунд я рассматриваю потухший экран телефона и, наконец, принимаю сложное решение.

— Я знаю, что мы приехали сюда, чтобы посмотреть бумаги отца, но сейчас мне нужно разобраться в другом деле.

— Конечно, принцесска, — Марат удивленно смотрит на меня, будто не может поверить, что я всерьез оправдываюсь перед ним. — Я позову Тимура.

Он уходит, а Егор Павлович спрашивает: — Это ведь он? Отец Тимурки? Миша голову сломал как так получилось…

— Возможно, если бы он больше интересовался моей жизнью, ему бы не пришлось ломать голову, — выпаливаю и тут же прикусываю язык. Вряд ли это так. Подростки редко рассказывают родителям секреты, а такой парень как Марат Скалаев непременно был бы секретом. Никак не вижу я того сценария, в котором рассказала бы отцу, что встречаюсь с Маратом, а он бы дал свое благословение. Нет, тут два варианта — или меня бы мучила совесть за ложь, или я бы изначально не начала встречаться с плохим парнем. А значит не было бы Тимура… О таком варианте я даже думать не хочу. Эти шесть лет были невероятно сложными, но я бы ни за что на свете не поменяла ни единого момента.

— Он хороший? Он хорошо к вам относится?

— Да, — киваю не задумываясь и только после этого понимаю, что дала ему искренний ответ. Марат совершил много ошибок. И в прошлом, и в настоящем. Но тем не менее, сейчас это единственно правильный ответ. Зная правду, видя как он не может отвести взгляд от сына, я просто не могу ответить по-другому.

Когда Марат с Тимуром заходят на кухню, я с удивлением отмечаю, что сын не выглядит недовольным. Обычно, если его прерывают от любимого занятия, он вполне может возмутиться. Громко.