– И принялась натягивать сапоги на распухшие и усталые ноги.

Надев пальто, она обернулась к провожающей:

– Спасибо!

– Да будет вам, – махнула рукой та. – За что, господи? – И, открывая входную дверь, добавила: – Идите в «Георгиевскую», там недорого и почти всегда есть места. Или вы в столицу?

Надя пожала плечами:

– Не знаю, подумаю. И еще раз спасибо.

Она вышла на улицу и медленно пошла к калитке. «Словно душу вытащили, – подумала она, – вместе с кишками». На ее счастье, возле соседнего дома остановилось такси. Пассажиры выбрались, а Надя уселась на их место.

– Куда? – равнодушно спросил шофер.

– Мне надо устроиться на ночлег. Помогите, пожалуйста!

– Ну, вы даете, дамочка! – возмутился он. – Под Новый год, да еще и к ночи! Куда ж мне вас девать, такую наивную?

Надя захлюпала носом – от усталости, одиночества и страха оказаться на улице. Домой ехать совсем не было сил. Хотелось только одного – рухнуть, не раздеваясь, в кровать и забыться. И еще – все забыть.

Она прикрыла глаза и тихо заплакала. Было видно, что парень злится – кому охота взвалить на себя чужие проблемы?

Остановились у гостиницы, расцвеченной разноцветными лампочками, как сказочный замок. Сверху горели неоновые буквы «АМБАСАДОР»."

"– Подождите, – резко бросил он и вышел из машины. Через пару минут вернулся. – Деньги-то у вас есть? – пренебрежительно спросил он. – Дали один номерок – люкс, мать их, держат для дорогих гостей. Вот именно – для дорогих. – Он сплюнул. – Пойдете?

Надя кивнула и стала выбираться из машины, где так сладко пригрелась и даже слегка задремала.

Девушка-портье оглядела ее с плохо скрываемым недоумением. Попросила паспорт и протянула электронный ключ:

– Умеете пользоваться?

Надя кивнула:

– Разберусь.

– Завтрак с семи до одиннадцати! – крикнула вслед девушка.

Номер оказался почти царским. «Ну вот, поспишь, Надежда Алексеевна, как королева», – подумала она и принялась раздеваться.

Огромная постель с кипенно-белым, шелковистым бельем. Телевизор, пульт от кондиционера. Мини-бар с крошечными бутылочками, пакетиками орешков и шоколадками. Роскошные махровые полотенца – шесть штук в ряд, пересчитала.

Надя встала под горячий душ, потом накинула голубой махровый тесноватый халат. Достала из бара три бутылочки – водка, коньяк, мартини.

Подумала и открыла водку. Выпила залпом, не почувствовав горечи и вкуса, закусила марсом и сгрызла пакетик соленого кешью.

Потом легла в кровать и – провалилась. Последнее, что мелькнуло у нее в голове: «Какая же вы дура, Надежда Алексеевна!»

С тем и уснула.

Когда Надя проснулась, за незашторенными окнами ярко светило солнце. Она подошла к окну. Снег – искрящийся, пушистый, девственно-белый – лежал ровным слоем на крышах, дорогах и козырьках домов.