– Полина, если честно, «племянника» Андрюшу я никогда не жаловал: я всегда считал его корыстным и подлым выкормышем.

– Можете это доказать?

– Конечно. Я привык отвечать за базар. Сестра очень любила его, оно и понятно: своих детей у нее не было. Ослепленная этой любовью, она многого не замечала. Но я-то повидал в жизни больше, чем она, несмотря на то что я младше на девять лет. Так вот, когда Андрюха стал подрастать и кое-что понимать в этой жизни, я заметил, как он прислушивался к разговору взрослых о деньгах, квартире, о семейной тайне...

– Это вы о перстне?

– Да. Сестра напрасно завела разговор при нем с мужем (он тогда еще был жив).

Я увидел, как у пацана вдруг загорелись глаза... Я сразу понял: этот спиногрыз себе на уме! И про квартиру он потихоньку выведывал у сестры. А она даже не догадывалась, говорила ему все как есть. Я ей пытался объяснить, что не надо пацану знать всех домашних секретов. Но она меня не поняла. Говорила, что Андрюша – хороший мальчик, что у нее нет от него секретов, что она очень любит его и полностью ему доверяет. Я тогда еще удивился: где же ее хваленое ясновидение? Неужели она не понимает, что любовь любовью, но всю изнанку выворачивать нельзя ни перед кем?!

– Значит, Николай, вы племянника раскусили сразу?

– Конечно! Я-то не питал на его счет никаких иллюзий с самого начала.

– Но тем не менее посчитали, что не надо подозревать его в смерти вашей сестры?"

"– Думаю, на ее убийство он не пошел бы. Все-таки она его взяла из детдома, дала ему семью, образование... Хотя теперь я уже, наверное, в этом сомневаюсь.

– А кто, кроме вас и Андрея, прописан в квартире?

– Никто, мы двое.

– Значит, если вас каким-либо образом из квартиры убрать.

.. Андрей останется единственным полноправным хозяином?

Николай посмотрел на меня долгим внимательным взглядом.

– Конечно, – наконец сказал он. – Но каким образом меня можно убрать из моей квартиры?

– Расплатитесь, пожалуйста, за кофе. Нам пора. Договорим в моей машине.

Я встала. Николай оставил деньги на столе, и мы вышли из интернет-кафе. Когда обе дверцы машины захлопнулись, Николай снова обратился ко мне с тем же вопросом:

– Так как же меня можно убрать из квартиры?

Я пожала плечом:

– Легко. Например, обвинив вас в смерти вашей сестры.

– Полина, здесь вы ошибаетесь. Сейчас по нашим законам, даже сидя в тюрьме, я не теряю права на свое жилье.

– Разумеется. Пока вы живы.

Собеседник повернулся ко мне вполоборота, я тоже повернулась к Николаю.

– А если вы умерли, тогда, извините, у вас будет совсем другое жилье. И претендовать ни на что вы уже не сможете.

– Вы на что намекаете?

– Андрей просил меня помочь ему убрать вас. А конкретно – сварить вас в кипятке, как вы якобы сварили его маму.

– Что? – Николай аж подпрыгнул, ударившись головой о потолок.