Куда бежать, с кем добиваться встречи, как просить о свидании, в конце концов, что передать в камеру? Не апельсины же, как в больницу. Все эти простые действия были мне неведомы.

В общем-то, занимая достаточно высокий пост, я привыкла решать все проблемы если не по блату, так по знакомству, но в уголовной среде я связями не обзавелась. Могли помочь знакомства по партийной линии, но я не хотела снабжать их таким компроматом против себя самой. Я все надеялась, что ситуация разрешится благополучно и никто ничего не узнает.

Пока я сидела в растерянности, милиция сама меня нашла и вызвала повесткой. Свой визит к следователю я помню как в тумане. Стук пишущей машинки, тяжелая хрустальная пепельница, в которую я без конца стряхивала сигарету. Я не курила, но взяла, надеясь, что горький дым приведет меня в чувства. Нет, не помогло. Как сквозь вату я слышала, что мой муж признался в чудовищных убийствах, что он не только лишал жизни молодых девушек, но и глумился над их телами. В этом месте беседы я, очевидно, упала в обморок, потому что помню острый запах нашатыря.

Следователь что-то спрашивал убаюкивающим, как летний дождь, тоном, а я не слушала, потому что мне нечего было ответить ни на один его вопрос. Я ничего не знала, не замечала и не подозревала, жила с добрым и работящим человеком.

Если в любой ситуации можно найти что-то хорошее, то вот оно – мужу достался самый добросовестный следователь из всех возможных. Заметив, что я еле дышу, он отпустил меня и следующий допрос провел уже у меня дома. Только я по-прежнему твердила одно – я ничего не замечала.

Знаю, есть героические женщины, которые верят в своих мужей, несмотря ни на что. Увы, я не из таких. Когда прошел первый шок, я стала вспоминать, как муж настаивал на покупке автомобиля, хотя во всем остальном был до крайности неприхотлив. Якобы будет таксовать и быстро отобьет покупку, а мне не пришло в голову, что ездить на троллейбусе и не дергаться – то на то и выйдет. Впервые за много лет я сообразила, что после своих рейдов он приносил подозрительно мало денег. Говорил, что отдает большую часть выручки Лиле, но я никогда не проверяла, так ли это. Хорошая жена периодически устраивала бы контрольные совместные рейды, выясняла, сколько выходит в среднем за вечер, отбирала бы всю сумму до копеечки, а потом мудро распределяла бюджет, но мне всегда лень было это делать. Я неплохо зарабатывала сама и верила в честность мужа.

Надо было контролировать хотя бы финансы, тогда я бы раньше поняла, что он по вечерам не таксует, а охотится за девушками."

"Порой меня будто кто-то толкал, стряхивал сонную одурь, я озиралась вокруг и думала: нет, невозможно. Это же мой родной муж, с которым мы столько ночей проспали в обнимку… Но неумолимая логика брала свое.