В комнате запахло гарью и грозой. Постоянно слышался треск, звон бьющегося стекла и тяжелое дыхание обоих мужчин.

Внезапно стало тихо. Я решилась поднять глаза: в центре абсолютной разрухи сидел Эдгарн и спиной к себе прижимал мага, крепко сжав предплечьем его шею.

— Дон Фавори, — с противной ухмылкой прохрипел маг. — Считаете, что вы победили? Ну, это смотря что считать победой.

— Если хочешь сохранить жизнь, — прорычал Эдгарн. В нем все больше проступали драконьи черты. — Сдавайся. Я жажду разорвать тебя. Но если ты сдашься, то примешь справедливый королевский суд.

— Удивительно от тебя слышать о справедливости. Разве тебя справедливо ненавидела Иллидия все эти годы? Справедливо прокляла? — маг старательно выбирал слова, чтобы бить по больному. — Даже не тебя, дракона. Ведь истинная связана в основном с драконом, поэтому ему и досталось. А потом и ты сколько натерпелся из-за этой капризной ведьмы. Может, ты хочешь отомстить ей?

Взгляд Эдгарна метнулся ко мне. На секунду мне даже показалось, что он затуманился. Но потом дракон рыкнул и сильнее сжал горло мага.

— Подумай! Столько лет держать это все в себе. Хранить тайну, из-за кулона не иметь возможности объясниться, — продолжал Арол, нащупывая тем временем кулон Эдгарна. — Но я могу тебя освободить.

Маг потянул на себя артефакт, который окутался темной дымкой. Арол что-то с ним делал.

— Я тебе не верю! — прорычал дракон. Это был именно дракон, который начинал брать верх над сознанием Эдгарна.

Я дернулась к нему, но Мариано не пустил меня.

— Нельзя, — шепнул он. — Это его битва.

Сцепив зубы, я мысленно умоляла его не слушать мага, верить в нас. Между нами и так было слишком много лжи и недоговоренностей. Но всегда была незримая связь, ведь даже то, самое первое письмо от Ч нашло меня вопреки всем препятствиям.

— Ты же не в курсе. Этот кулон создал мой учитель. Он был очень хитрым и умным. Настолько, что смог узнать секрет суалийской магии. Он делал с ее помощью такие артефакты, равных которым нет. С помощью таких безделушек он привязывал к себе богатеев, чтобы ими манипулировать, — выдавливал из себя слова маг. — Особенно ему понравилась последняя работа. Ты. Никто, кроме него и тебя, точнее, Эдгарна, не мог снять твой кулон и остаться в живых. Идеально, правда?

Меня поразило осознание, почему Эдгарн так настаивал, чтобы я разобралась в кулоне. Я, артефактор, наследница суалийской силы, могла снять магию с кулона. И тогда Эдгарн смог бы мне все рассказать. Если бы только я не упрямилась, мы бы не оказались тут.

— Где этот маг? — нетерпеливо прорычал дракон.

— Но Эдгарн не стремился к этому — зачем ему неуправляемый из-за проклятия истинной дракон? Выпускал тебя только иногда, сдерживал все время.