Он осторожно потянул прядку ее волос, чтобы Нелл повернула к нему голову.

– Когда мои политические союзники настояли, чтобы я уехал из Лондона, я думал, что сослан за пределы цивилизованного мира. Я всегда любил власть, славу, почет. А в деревне мне предстояло заниматься разведением крупного рогатого скота и выращиванием сельскохозяйственных культур. Так я думал. – От его бархатистого баритона по телу Нелл пробегала дрожь. – И вдруг я встретил женщину, которая завладела моими мыслями и чувствами. Я увлекся ею, хотя никогда раньше не досаждал прислуге.

Нелл невольно улыбнулась.

– Нет, одной служанке ты постоянно досаждал.

Лит не отреагировал на ее шутку.

– Пока я занимался политикой, обязанности помещика находились для меня на втором плане, – продолжал маркиз. – И вот, живя в Аллоуэй Чейз, я сделал для себя открытие: оказывается, заниматься делами поместья и бесконечно спорить с женщиной, о которой постоянно думаешь, куда увлекательнее, чем строить политическую карьеру.

– Ты прожил в поместье всего несколько месяцев, – напомнила Нелл.

Ей было трудно сопротивляться его напору после того, как она услышала то, что всегда жаждала услышать.

Лит нахмурился.

– Я не легкомысленный человек и не веду себя как флюгер.

– Отсюда я делаю вывод, что ты не утратил политических амбиций. Ведь ты потратил на их реализацию уйму времени. Выше голову, Джеймс. Ситуация скоро изменится, и ты снова будешь на коне.

Лит вытянул ноги и стал задумчиво рассматривать мыски своих туфель.

– Как мило, что ты это сказала.

Нелл сделала пренебрежительный жест.

– Но это же правда!

– Время, проведенное в Аллоуэй Чейз, дало мне очень многое.

Он погладил ее по голове и стал массировать ее затылок.

– Я рада, – сказала Нелл.

Когда маркиз прикасался к ней, ей было трудно думать и формулировать свои мысли.

– В частности, я понял, что посвятил жизнь осуществлению мечты отца. Ведь это не я мечтал о политической карьере, а мои родители.

Нелл резко отстранилась от него.

– Это неправда.

Маркиз вздохнул.

– Мне тридцать два года, и я прошу тебя выйти за меня замуж. Я решил жениться на тебе, и это – первое решение, которое я принял без постороннего влияния.

Нелл хотела сказать, что если он задумал совершить столь опрометчивый шаг, то ему все же следует прислушиваться к советам близких, а не принимать решение самому. Это было чревато роковыми ошибками.

Но она не отважилась произнести жестокие слова, видя, что Лит говорит искренне, от всего сердца.

– Я знаю, ты веришь в то, что говоришь, – медленно проговорила Нелл.

Лит нахмурился.

– Я хочу, чтобы ты тоже в это верила.

– Ну, не знаю. Если я выйду за тебя замуж, то сделаю из тебя посмешище. – Нелл отодвинулась от него. – И потом, страсть – это не повод для женитьбы.