Другое дело, не подмешала ли она туда какого приворотного зелья?

Чуть было не задала вопрос вслух.

Надеюсь, соседушке не придет в голову такая замечательная идея. Это у меня больная фантазия, Андрей, как бы не раздражал своим существованием, вроде бы адекватный человек.

Насколько страшно возжелать Марго? Не страшнее голодной смерти, думаю. Жадность советовала не выдумывать и есть чужую бесплатную еду, пока дают. В конце концов, банка сметаны маленькая, а вареников поместится в прожористое, еще не отошедшее от голодного студенчества пузико, немало.

— Договорились. С вас вареники, с меня сметана. Или правильнее будет поблагодарить за ужин кого — то из наших соседок? — не удержалась и подколола спонсора моего сытого вечера.

— Маргариту, — рассмеялся этот гад, и я в очередной раз засомневалась в собственном здравомыслии и его честности.

Андрей вел себя подозрительно дружелюбно. Улыбался чрезвычайно очаровательно. Глаза смеялись. И выглядел искренне.

Буду настороже. Ну его, хитрого. Может, они с Марго друг друга стоят. А я, доверчивая дурочка, влюблюсь без памяти и буду долго и нудно работать ширмой, страховкой от заинтересованных в замужестве дам.

«Фигвам — национальное индейское жилье, называется». Не на ту напали!

Буду вести себя как ни в чем не бывало. Я тоже умею быть очаровательной. Пусть сам влюбляется. А вот я буду неприступной.

Хорошо, что он мне не нравится. Ни капельки. Ни граммульки. А все эти мои странные реакции на него — от нехватки мужского внимания. Атмосфера у нас в подъезде перевозбужденная, вот!

Успокоив себя таким образом, без зазрения совести пошла с соседом в сторону дома, не сразу сообразив, что подобные совместные прогулки могут отразиться на моей персоне самым негативным образом.

Если бы не странные блики в окне Лидии Ивановны, сия умная, но, к сожалению, запоздалая мысль вообще не пришла бы в мою бестолковую голову.

Бинокль! Ну е-мое! Мне кранты.

Месть соседки не заставила себя долго ждать. По дурной привычке орать из окна я бы узнала ее даже с закрытыми глазами. Вот и сейчас старшая по дому высунулась по пояс и ехидным голосочком напомнила о задолженности.

— Катенька, ты бы зашла ко мне подписать график погашения задолженности за коммунальные услуги. Мы, конечно, идем тебе навстречу, но не стоит испытывать наше терпение.

— Какой график, Лидия Ивановна? Я не доплатила двести рублей, так как у вас не было сдачи с пяти тысяч. Занесу позднее.

— Не уж, сразу неси, — соседка добавила сварливых ноток в голос, но тут же опомнилась, исправилась, запела соловушкой: — а то снова забудем с тобой, Катенька. Сторожу тебя, вылавливаю. Сама понимаешь, обязанность у меня такая — быть немного вредной и настойчивой.