Глава 10

Впрочем, прежде чем ехать к метро «Спортивная», следовало зарулить к Лике домой и посмотреть на розовый костюм.

Распахнувший дверь Юра тихо спросил:

– Даша? Что случилось?

– Погоди, – оттолкнула я его и понеслась в комнату к Лике.

Распахнув шкаф, я порылась в вешалках и вытащила розовый костюм из полотна. Так, его на самом деле произвела фирма «Ольсен», хорошая, качественная вещь, очевидно, безупречно сидит, жаль только, что поносить ее больше Лике не придется!

На жакетике и на юбке виднелись темные пятна. Может, кока-колу и производят из натурального, экологически чистого сырья, но, попав на одежду, жидкость оставляет несмываемые следы.

– Ты видишь пятна? – налетела я на Юру.

– Ну, – растерянно ответил парень, – ага, мама чем-то обкапалась, жалко, дорогая шмотка!

– Нет, – радостно закричала я, кидаясь к двери, – просто великолепно, что Лика была неаккуратна! Прямо счастье! Костюм не трогай, не смей его ни в коем случае стирать или сдавать в чистку! Лика скоро будет на сво­боде!

– Ладно, – попятился Юра, – мне бы и в голову не пришло его чистить, пусть, думаю, висит себе, мне не мешает, я мамины вещи не убираю, не могу!

– Не надо, – кипятилась я, влезая в ботинки, – сама скоро вернется.

– Вы уверены? – с робкой надеждой спросил Юра.

– Абсолютно, – воскликнула я, вылетая из квартиры Лики, – но пока никому ни слова. Слышишь? Держи язык за зубами – и скоро обнимешь маму.

– Вы не ошибаетесь? – прошептал юноша.

– Нет! – рявкнула я и убежала.

Возле входа на станцию «Спортивная» шла бойкая торговля. Человек, желавший попасть в метро, волей-неволей проходил сквозь строй будок, предлагавших сигаретно-жвачно-шоколадный ассортимент.

Еще тут имелись тонары с хлебом и молоком, павильончик, набитый овощами, книжный и газетный лотки.

Оглядевшись, я решила начать с сигарет. Приобрела третью за сегодняшний день пачку «Голуаз», предусмотрительно сунула ее в сумочку и спросила у торговки:

– Наверное, сейчас покупателей нет.

– А че? Берут люди, не жалуюсь, – бойко ответила та.

– Летом, наверное, больше покупают?

– Не знаю.

– Вы тут только осенью стоите?

– Я в сентябре приехала, с Молдавии, – пояснила молодуха."

"Пришлось идти к следующей точке, потом к третьей, четвертой… Через полчаса я, продрогнув на ветру, зашла в вестибюль метро, чтобы согреться. К сожалению, приходится констатировать, что люди, продающие на площади всякую ерунду, в массе своей не москвичи. В конце августа – начале сентября основная часть гастарбайтеров отправилась домой, а на их место встали новые, прибывшие из Молдавии и Украины. Наверное, следовало бросить бесполезный обход, ведь и так понятно, что в оставшихся не осмотренных мной будках сидят все те же хохлушки.