“Спокойнее, — передал Мистивир. — Они еще пожалеют, что связались с Аабергами”.

Стужа расправила крылья, и я шепнула:

— Я не принадлежу… к этому роду.

“Пока не принадлежишь,” — самодовольно поправил меч и замолчал.

“Ты наша,” — вмешался Свейт.

А я подумала, что претендентов на присутствие в моей голове в избытке. Два байланга, древний меч… Мне бы их уверенность. Чувства будто крепли с каждым днем. Но пропасть, которая разделяла нас с Вестейном, не становилась меньше. Положение учителя и ученицы, принадлежность куратора к опальному роду, планы отца, идущие вразрез с моими желаниями…

Байланги поднялись в воздух, и я постаралась отбросить непрошенные мысли. Это оказалось легко. Мы приближались к входу в ущелье, который перегораживали золоченые ворота. Несмотря на то что в нашем отряде байланги были у всех, войти в Лабиринт нам предстояло своими ногами. Традиции стражей здесь были незыблемы.

Поэтому у ворот клин байлангов приземлился, и мы спешились. Вестейн и Свейт первыми прошли сквозь кованые золотые створки. Мы со Стужей последовали за ними. Стоило нам оказаться внутри ущелья, как собака прислала мысль:

“Я должна тебя кое о чем предупредить.”

Глава 19. В Лабиринте

Я покосилась на свою питомицу и мысленно спросила:

“Предупредить о чем?”

Тут я заметила, что Стужа замедлила шаг, вытянула шею и старательно к чему-то принюхивается.

“Они разбудили Его”, — сообщила она.

“Его — это кого?”

“Сам холод и саму стужу, изначальную магию этого места”.

Яснее не стало. Поэтому я успокаивающе погладила собачий бок и спросила:

“Ты сказала Его, а теперь говоришь про магию. Она живая?”

“Да, — ответила Стужа. — Он, она… Это существо живет в Сердце Лабиринта, и его не стоит тревожить. Люди глупые. Разбудили”.

Если бы… Люди не глупые, они хитрые и расчетливые. Сделали все, чтобы создать нам препятствия.

Белые стены Лабиринта вздымались все выше, и полоска неба над нашими головами становилась все уже. Я оглянулась на товарищей и хлопнула собаку по плечу, приказывая оставаться в строю. А затем догнала Вестейна. Куратор оглянулся и бесстрастно спросил:

— В чем дело?

— Стужа предупреждает об опасности, — дрогнувшим голосом сообщила я. — Говорит, что люди разбудили сущность, которая живет в Сердце Лабиринта.

— Это же байки, — раздался за моей спиной голос Чейна. — Дух Стужи — всего лишь детские сказки.

Парень успел догнать нас и теперь прислушивался к разговору. Презрение в его взгляде было почти осязаемым. Больше всего мне хотелось поговорить с Вестейном без лишних ушей. Но это станет возможным лишь тогда, когда мы покинем это место.

Поэтому я пропустила интонации парня мимо ушей и ухватилась за суть:

— Дух Стужи?

— Легендарная сущность, хозяин Лабиринта.