Наконец леди Шевенэ-Гор взяла на себя инициативу, если это можно было так назвать. Ее поведение было чрезвычайно неуверенным.

– Снелл, – сказала она, – ваш хозяин…

Она не закончила предложения, выжидательно глядя на дворецкого.

Снелл, который, очевидно, привык к такой манере хозяйки получать информацию, ответил на невысказанный вопрос:

– Сэр Жервас спустился вниз в пять минут восьмого, миледи, и направился прямо в кабинет.

– О, я понимаю. – Рот ее был по-прежнему открыт, взгляд устремлен куда-то вдаль. – Вам не кажется… в смысле… что он слышал гонг?

– Я думаю, он должен был слышать, миледи, ведь гонг находится прямо рядом с дверью кабинета. Я, конечно, не знал, был ли сэр Жервас еще в кабинете, иначе сказал бы ему, что ужин подан. Может, мне пойти сказать ему сейчас, миледи?

Леди Шевенэ-Гор с откровенным облегчением схватилась за это предложение.

– О, благодарю вас, Снелл. Да, пожалуйста, скажите ему. Конечно.

Когда дворецкий вышел, она сказала:

– Снелл – настоящее сокровище. Я полностью полагаюсь на него. Не знаю, что бы я делала без Снелла.

Кто-то что-то сочувственно пробормотал, но никто ничего не сказал. Эркюль Пуаро, глядя с внезапно обострившимся вниманием на эту полную людей комнату, понял, что все до единого напряжены. Он быстро пробежался по ним взглядом, наскоро классифицируя их. Двое пожилых мужчин, один с солдатской выправкой, который только что говорил, и второй – худой, прижимистый, седой, с крепко сжатыми губами юриста.

Двое молодых – очень разного типа. Один, с усами и сдержанно-надменным видом, был, как предположил Пуаро, племянником сэра Жерваса, конногвардейцем. Второго, с гладкими зачесанными назад волосами и довольно откровенной стильной миловидностью, сыщик отнес к определенно более низкому социальному классу. Здесь также находились невысокая женщина средних лет, в пенсне, с умными глазами, и девушка с огненно-рыжими волосами.

В дверях появился Снелл. Манеры его были безупречны, но снова эта маска бесстрастного дворецкого не могла полностью скрыть беспокойства.

– Простите, миледи, но дверь заперта.

– Заперта?

Голос был мужской – молодой, встревоженный, с призвуком возбуждения. Говорил тот самый симпатичный молодой человек с зализанными назад волосами. Он торопливо вышел вперед:

– Может, мне пойти посмотреть?..

Но Эркюль Пуаро очень ненавязчиво перехватил руководство. Он сделал это настолько естественно, что никому не показалось странным, что только что приехавший чужак внезапно взял на себя командование в этой ситуации.

– Идемте, – сказал он. – Пойдемте к кабинету.

Затем он обратился к Снеллу:

– Будьте добры, проводите нас.

Снелл повиновался.