Сыщик прибыл в Живодерную слободу загодя. Москва не Питер, здесь ночью темно! Антон Решетов вывел его за околицу, ткнул пальцем в горизонт и сказал:

– Тебе туда.

И ушел ждать в пролетку, которую поставил за бойней. А надворный советник заковылял к пещере.

Он простоял возле лаза четверть часа. Ровно в назначенное время из-под земли показался колоссального роста детина.

– Ты один? – строго спросил он Лыкова.

– Один.

Парень просунулся назад и негромко свистнул. Послышались шаги, и наверх выбрался Шайтан-оглы.

– Здорово, Лыков!

– И тебе здоровья!

Сыщик и «иван» пожали друг другу руки, и татарин ухмыльнулся:

– Ловко ты нас тогда объегорил! Все решили, что тебя задавило.

Некоторые, как Верлиока, даже погоревали! А ты вон жив-здоров, и к тому же фараон…

– Про Верлиоку последнюю новость слыхал? – поддержал разговор Алексей.

– На Сахалине он.

– Уже нет. Никифор сбежал оттуда в восемьдесят девятом в Японию. И там японцы его зарезали."

"– Японцы? У нас говорили, что они некоторых фартовых с каторги скрадывали и сюда возвращали. Для каких-то своих надобностей.

– Правильно говорили.

А кто отказывался, тому голову отрубали. Так и Никифору снесли.

– Жалко Верлиоку, – искренне вздохнул Шайтан-оглы. – Добрый был налетчик! Но и ты молодец. Не побоялся к волку в зубы. Одобряю храбрых. Если бы я тогда знал, что ты фараон, – не убил бы!

– Как же ты под землей-то оказался? – посочувствовал Алексей. – Скучно, холодно и сыро. Только люмбаго наживать. Может, уйти тебе из Москвы?

– Да я у своих бываю, когда захочу, – бодро ответил Шайтан-оглы. – Недавно вот в Арженовке кулачный бой смотрел. А не хочешь хоть с моим Микиткой сразиться? Силу не растерял?

Великан тут же сделал от лаза шаг к Лыкову.

– Не жалко тебе юношу? – спросил тот.

– Нет, а что? Он могутный! Ты спробуй!

– Некогда, Шайтан-оглы. Я сюда не баловаться пришел.

– Ладно, – «иван» сразу посерьезнел. – Говори, что у тебя за дело.

– Неделю назад или раньше некто Агейчев убил у вас в городе молодую женщину, француженку. Сам Агейчев – бывший…

– Знаю, – перебил Лыкова «губернатор».

– Так вот, вопрос: не просил он ваших спрятать труп? Здесь, в каменоломнях.

– Просил, – лаконично ответил Шайтан-оглы.

Лыков даже растерялся: так быстро и просто он узнал правду!

– И что ваши?

– Спрятали, как он хотел, – спокойно сообщил «иван». – Есть такие места, где никто не сыщет. Сто рублей взяли с него.

Алексей помолчал, потом не удержался и спросил:

– Скажи, почему ты мне это говоришь? Фартового выдал…

– Агейчев не фартовый, а просто отрепье. Много зла тут сотворил, когда сыщиком был… А ты хоть и из «чертовой роты»[41], но порядочный. Потом, уговора молчать не было. А мои слова к делу не пришьешь.