– Мне еще совсем хреново стало, когда Толик вчера начал толкать что-то про то, что жалеет, что свел нас…

– Свел? – Мурат аж приподнимается на локтях.

– Ну не свел, а как-то по-другому сказал, не помню. Я тогда расстроился очень.

– Не думал, что ты там будешь, если честно. – Мурат рассчитывал прийти к Славе и помириться с ним без лишних мыслей. Без лишних мыслей и лишних ушей.

– Аналогично.

Они решают немного помолчать.

Вокруг совсем светло. Птицы рассветно щебечут на ветках, жужжит шмель, стукаясь о стекло пушистым тельцем. Тюль тонкий, как молочная пенка, волнится еще не нагретым ветром.

Денис без стеснения рассматривает лицо Мурата, играючи сплетает и разъединяет их пальцы. Есть в этом что-то успокаивающее.

– Как ты? Тебе что-то снилось?

Денис отвечает одними губами:

– Да.

От боли он сжимает рот в полоску и ложится ближе, так, что их лбы соприкоснулись. Когда он прикрывает веки, Мурат прикрывает свои.

– Расскажи. – То не голос. Нежный, как вуаль, выдох.

– Мне часто снится, как меня топят чьи-то руки. И это так взаправду… так по-настоящему. Я вчера думал, что умру.

– Ты воды из-за этого боишься?

Отрицательное мычание.

– Я даже Юрке об этом не рассказывал.

Мурат чувствует всю тяжесть ответственности, возложенную этими словами. Денис доверяет ему, «бесчувственному мудаку», несмотря ни на что.

– Когда мне было семь, дедушкина собака ощенилась. Хорошая была, никогда меня не кусала. – Он улыбается, и его вздох горячей струей обжигает Мурату губы. – Щенушки совсем еще новорожденные были, слепые и прилизанные… Я помню, как мы отдыхали на речке: родители, бабушка, дядя, я… дедушки все не было, и бабушка ворчала на него.

Тут он замолкает и в сомнении морщит подбородок.

– Зря я, наверно, начал… Сейчас уже понимаю, что это бред полный. Я был слишком впечатлительным ребенком."

"– Я тоже. – Мурат двигается к нему, разъединяет их ладони, чтоб легонько притянуть к себе. – Когда мне было примерно столько же, сколько тебе, меня за ногу цапнула щука. – Денис бесшумно смеется. – Все верно, это действительно смешно. Я с того раза с опаской в речку лез. Представлял, как эти зубастые монстры прячутся в водорослях и ждут момента, чтобы – клац! – Мурат резко впивается пальцами ему в плечо в шутливой попытке напугать.

Денис подскакивает с громким хохотом. – Укусить меня снова.

– Ага, – следует заговорщический ответ. – Значит, Котов Мурат до сих пор не научился плавать, потому что боится щук?

– Не совсем. Уже трудно сказать, что помешало мне научиться в подростковом возрасте. Ты можешь смеяться над этим, потому что мне самому смешно. Но я ни в коем разе не буду смеяться над тобой, если ты решишь дорассказать мне про дедушку. – Денис понимающе кивает и обнимает рукой за шею.