— Но я себе сохранила «напоминалочку». Вдруг забуду, что мне от вас, Владислав Валерьевич, следует держаться подальше, а тут послушала, вспомнила, и уволилась по собственному желанию…

— Ах ты…

— Выражения, Жанна Николаевна! — снова перебила она. — Вы пока ещё находитесь в моём кабинете, заявление на увольнение я ещё не писала, и, чтобы вы знали, не собираюсь!

— Господи, Влад! Да как она себя ведёт?! — Жанна капризно топнула ножкой, поворачиваясь ко мне.

Вела себя так, будто и не сомневалась — мой уход из дома это временное явление, что я обязательно вернусь и мы заживём как прежде.

Проигнорировал жену и обратился к Наталье:

— Она потребовала от тебя увольнение?

— Нет!

— Именно так.

Их голоса прозвучали одновременно.

— А если не уволюсь, — продолжила Наташа гневно, — Или, не дай бог, ты всё-таки решишься на развод, Жанне Николаевне придётся предпринять меры. Например, рассказать всем правду о моём прошлом, или Алёну на тот свет отправить! Она же вам, оказывается, жить мешала, — зло прищурилась. — Поэтому мне поручено уволиться и убраться куда подальше. В идеале — вместе с дочкой. И чем быстрее, тем лучше!

— Что?! — Я устремил на Жанну убийственный взгляд. — Ты совсем из ума выжила?!

— Это ложь! — простонала она, хватаясь за голову.

— Запись разговора у меня записана, — напомнила Наталья и гневно добавила: — Хочешь рассказать обо мне в прессу? Пожалуйста! Мне плевать! А если с головы моей дочери хоть один волосок упадёт, эта запись тут же окажется у правоохранительных органов.

Смотрел на женщину, с которой прожил столько лет, и не узнавал. Когда Жанна стала такой? Что её так изменило? Деньги? Положение в обществе? Красивая лёгкая жизнь, с которой не хотелось расставаться? Я предполагал, что в период развода нам с Жанной не избежать скандалов, но и подумать не мог, что она опустится до подобных угроз.

— Убирайся, — прохрипел я, чувствуя что могу потерять над собой контроль.

— Влад, всё это было не серьёзно… — тоненьким голоском залепетала она, подрываясь ко мне.

— Я сказал — пошла вон! — прогремел я, указывая на дверь.

Жанна вздрогнула, зажимая рот ладонью, в её глазах появились слёзы. Жалобно всхлипнув, она бросила на Наташу последний ненавистный взгляд и выскочила из кабинета.

Я упёр руки в бока и выдохнул. Гнев рвал меня изнутри на части, я едва контролировал себя, чтобы не вырваться из кабинета следом за женой и не устроить ей хорошую порку.

— Больше она здесь не появится, — прохрипел я, не в силах посмотреть Наталье в глаза. Мне было стыдно перед ней за жену. — Я позабочусь об этом и сообщу охране.

Ответа не последовало, но я чувствовал на себе её взгляд. Она оказалась рядом беззвучно, коснулась тёплой ладонью моей щеки и заставила посмотреть в топленый шоколад её глаз.