— Влад, я очень тебя прошу, не оставляй её одну!

— Не оставлю, не переживай, — успокоил я. — Ты сама как?

Наступила долгая пауза. Затем в динамике послышался тяжёлый дрожащий вздох. Наташа сама на грани. Только меня рядом нет. И поддержать её некому.

— Я этого даже передать не могу.

— Не сдавайся, поняла? Всё наладится. Вот увидишь.

— Не сдамся, — в её тихом голосе прозвучало столько решимости.

— Вот этот тон мне нравится, — улыбнулся устало.

— Влад, пожалуйста, рассказывай мне о ней всё. Иначе я с ума сойду! — сокрушённо прошептала Наташа, быстро растеряв боевой настрой.

— Соберись, — проговорил почти строго. — Ты нужна Алёне… Мне нужна. Слышишь?

— Ты даже не представляешь, как я благодарна тебе за всё…

— Пока ещё не за что благодарить. Вот когда обнимешь свою дочь, тогда — сколько угодно, — попытался отшутиться. — А пока отдыхай, хорошо? Я позвоню тебе.

— Хорошо, — выдохнула она еле слышно и, помедлив, положила трубку.

Выходные мы провели с Алёной вдвоём. Она больше не срывалась, но и о матери не говорила. Старательно делала вид, что в её жизни ничего не изменилось. А я лишний раз не напоминал.

В понедельник я отвёз племянницу в гимназию и отправился на работу. Сегодня мне предстояло встретиться с адвокатом и подать заявление на развод.

* * *— С бизнесом проблем не будет, — заверил меня адвокат, ознакомившись с документами. — Активы, что перешли вам по наследству от сестры не делятся, только ваши. Но из-за ограничения на принятие новых членов в состав учредителей ваша жена всё равно не сможет войти в бизнес в качестве партнёра. Максимум, на что она может рассчитывать — это получение денежной компенсации за свою долю в уставном капитале. Но и от этого можно уклониться, было бы желание. Поэтому я хочу чётко понимать вашу позицию.

Дородный мужчина лет сорока поправил очки на переносице и вопросительно посмотрел на меня. Честно говоря, когда этот громадный шкаф перешагнул порог моего кабинета, я сильно удивился. Подобному экземпляру впору работать телохранителем или возглавлять отряд омоновцев, а не заниматься сложными бракоразводными процессами. Впрочем, если он один из лучших, мне плевать как он выглядит.

— А я, в свою очередь, хочу понимать, на что вы способны. Чтобы мне было проще определиться с позицией, — прищурился я.

Адвокат улыбнулся как-то по особенному кровожадно, и я снова усомнился в выбранной им профессии.

— Ещё раз повторюсь — всё зависит от цели. Если мой клиент желает развестись с женой и не хочет, чтобы ей что-то досталось, по итогу он этого добивается.

Я прищурился. Не думаю, что для достижения подобной цели используются законные методы, но мне до остальных нет никакого дела.

— В первую очередь, меня интересует бизнес. Он не должен пострадать. Совместное имущество можем делить.