Пора и мне добром за добро отвечать.

Тогда я была готова хвататься за любую возможность, чтобы заработать. Поэтому согласилась. Благодаря Любовь Евгеньевне у меня появилось несколько пациентов, которым я оказывала помощь за деньги. В основном это были пожилые люди, которым требовался уход, а их родственникам, за неимением времени, было проще нанять человека, который будет осуществлять этот уход.

Шло время, Алёна пошла в садик, а я подала документы в медицинский колледж, чтобы повысить свои навыки и начать оказывать услуги на высоком профессиональном уровне.

До того, как я втянулась в эту сферу деятельности, я даже не представляла насколько это востребованная и высокооплачиваемая профессия."

"От отца так и не было весточек. Несмотря на наше недоброе расставание, я каждый год, в день его рождения, оправляла ему сообщение с поздравлением, в конце которого обязательно писала, что со мной всё хорошо. В глубине души я надеялась, что когда-нибудь мы обязательно помиримся. Ответа, правда, я никогда не получала. Из новостей на просторах сети я знала, что он действительно отстранил своего младшего брата от дел компании и вошёл в сотрудничество с крупным холдингом.

Дела у него шли в гору. А вот о Леониде Лазареве и его семействе ничего не было слышно. До тех пор, пока мой отец не скончался. Подробностей о его скоропостижной смерти я не знала. Оставила пятилетнюю Алёну с тётей Любой и сорвалась на похороны.

Проводить отца пришли многие. Родственники, друзья, партнёры, целая вереница коллег и знакомых. За то время, что мы жили порознь, я успела отвыкнуть и забыть, насколько моя фамилия была значима в этом круге людей.

Дядя был в первых рядах, а вместе с ним стояли Сергей и Маша с трёхлетней дочкой. Они предпочитали меня не замечать, как впрочем и многие другие родственники. Сестра была снова беременна. Под чёрной тканью её платья проглядывались очертания округлившегося живота. Я отвела взгляд, чувствуя как в душе разрастается неприятное тошнотворное чувство. Что же, жизнь у этой пары не стояла на месте. И раз Мария смогла простить мужа за обман, мне остаётся только пожелать им счастья.

Спустя два дня после похорон со мной связался наш семейный адвокат Равиль Сабирович. Несмотря на обиды и недопонимания, отец всё-таки включил моё имя в завещание. Я солгу, если скажу, что эта новость ничего для меня не значила. Она поселила во мне надежду, что я смогу обеспечить нам с Алёной более благоприятные условия для жизни. Только благодаря этой надежде, я вошла в кабинет нотариуса ровно в назначенное время.

Состав заинтересованных в наследстве лиц несколько озадачил.