Ты принадлежишь мне, так что, сука, старайся! Я люблю трахаться, много, потому готовь свои дырки и молись, чтобы они мне понравились.

В его голосе ни капли сожаления, лишь расчет, сталь, арктический холод.

От слез все расплывается. Я не верю. Вот почему Леший не дал мне умереть. Он сам хочет меня ломать, а потом все равно отдаст своим друзьям на потеху.

Как он сказал? Хозяин? Я ему что, сука, чтобы иметь Хозяина? Не будет этого. Ненавижу.

Глава 5

Леший оставляет меня на полу. Совершенно голую. Он даже полотенце забирает, потому мне нечем прикрыться. Все, что могу, – поджать под себя ноги и провалиться в пустоту, стараясь не обращать внимания на адскую боль в голове и во всем теле.

Все еще не верится, что это правда и из-за меня погибли все те мужчины. Больше похоже на какой-то страшный сон, который стал явью.

А ведь все начиналось невинно, я хотела как лучше, старалась как могла, и вот к чему это привело. На меня обозлились все бандиты города, и я не знаю, как мне выжить теперь, я не знаю!

– Рот открыла! Пей давай, сука, пей! – сквозь дурман слышу его голос, снова Леший, но глаза открыть не могу.

Почему-то меня начало сильно трясти, словно тело пронзила судорога. Не могу встать, но явно ощущаю что-то горькое во рту и сильный напор воды. Он заставляет меня что-то выпить, яд или таблетки, которые этот варвар заталкивает в меня, отчего я едва не захлебываюсь жидкостью.

Проглатываю эту злосчастную пилюлю и закрываю глаза, хотя и так вокруг темно, я ничего не вижу. Ночь безумно длинная, и, похоже, она моя последняя, но нет.

Я прихожу в себя утром. Я на чем-то лежу, укрытая одеялом. Совершенно не помню, как здесь оказалась. Помню только, что дрожала и никак не могла согреться.

В окно долетает утренний свет. Мне надо домой и в больницу. Срочно!

Откидываю одеяло, вскакиваю на ноги и тут же падаю. Все тело ломит, хватаю ртом воздух, как рыба, держась за бок.

Суки, больно! Их бы так отлупить, посмотрела бы я на это.

Оглядываюсь по сторонам. Я в какой-то квартире, похоже на гостиную, и лежу я не в большой кровати по центру, а на крошечной кушетке, укрыта теплым пледом.

Подо мной нечто вроде пеленки, ребра туго перетянуты бинтом. Я было порываюсь содрать это с себя, но вовремя останавливаюсь. Мне так лучше, грудь словно в корсет заключена, и без него я буду рыдать каждую секунду от боли.

Кое-как ползу к своей сумочке – и, о чудо, рядом валяется мой телефон!

Леший не забрал его, это ж надо, мне повезло! Я спасена, еще немного.

Дрожащими руками хватаю телефон и набираю Андрею.

– Ну же… ну же, ну возьми ты трубку!

Спустя несколько гудков слышу заветный голос брата:

– Алло.

– Андрей! Андрюша, помоги! Они меня забрали, ты слышишь, ОН меня забрал! Помоги!

– Кто “он”?

– Леший! Они меня там… втроем едва на куски не порвали! Он приехал и забрал к себе.