Леший что-то очень силен, и, как я ни стараюсь выкрутиться, у меня ничего не получается. Совсем.

От моих попыток освободится одеяло спадает к ногам, и я замечаю, как взгляд Лешего заливается похотью. Он смотрит на меня плотоядно и обнажает свои белые зубы с острыми клыками, заставляя меня крупно задрожать от страха.

Боже, он реально как дикарь.

– Пусти… ну пусти, больно! – скулю, и Леший резко расцепляет руки.

– Пустить? Ладно.

Черт, лучше бы не просила, потому что теперь я плюхаюсь на пол, задыхаясь от адской боли в ребрах.

– А-ай! Я хочу домой. Пожалуйста, отпусти меня домой.

Не знаю почему, но я начинаю плакать, точно ребенок, хотя меня сложно вывести на слезы.

Наверное, мне просто становится страшно. Я понимаю, что этот бандит не собирается меня отпускать и он одной своей ручищей может свернуть мою шею в любой момент. Так что же хуже: лечь под такого или под тех троих зверей?

– У тебя сладкие слезы, кукла. – Леший приседает рядом и проводит своей лапой по моей щеке, облизывая длинные сильные пальцы.

– Боже, ты чудовище.

– На тебе минимум пять смертей. Кто из нас чудовище, еще надо посмотреть. Иди.

– Что?

– Если хочешь, иди, я тебя не держу.

Смотрю на него во все глаза и не верю. Так просто? Да ладно.

– Правда? Ты меня отпустишь?

Нотка надежды пробивается, которую Леший мгновенно давит ботинком.

– Да, вот только сейчас тебя прирежут в любом переулке. Все собаки спущены, на тебя открыта охота, как и на твоего мусорного недобрата.

– Выпусти меня, ну зачем я тебе?!

– У тебя память однодневная или там одна извилина?

Стучит двумя длинными пальцами по моему лбу, а затем берет меня за подбородок, заставляя посмотреть в свои волчьи светлые глаза.

Ртуть там, жидкий металл, серебро растопленное. Его прикосновение обжигает, пленит, выбивает из колеи.

– Ты моя теперь. Мне принадлежишь. Ты никто. Просто дырка, кусок мяса, которое я буду ебать. Добровольно или насильно – зависит от тебя, но я все равно тебя получу. Ты можешь кайфануть подо мной или будешь харкать кровью. Мне, правда, насрать, но ты будешь подо мной, мышка. Либо под всеми.

На последнем слове Леший акцентирует ударение, и я опускаю голову, роняя слезы. Это какое-то зверство. Так не бывает, так не может быть.

Не знаю, что ответить. От шока только губы приоткрываю, язык не слушается, руки начинают неметь.

– Я не буду твоей секс-игрушкой.

– Ты будешь той, кем я захочу, кукла. Ты моя вещь, моя сука, псина, дырка для моего члена. Выбирай, что тебе больше нравится. Я приду вечером, и ты должна быть хорошей девочкой. Для меня.

Глава 6

Хлопает входная дверь, этот варвар вышел, а я опускаюсь на пол, обматываясь одеялом. Меня снова начинает морозить, и я обхватываю колени руками, раскачиваясь назад и вперед.

Кукла без имени, псина, дырка.