— Ну я в сторону отходил… Видел… Там башка горной кисы лежала на кучке камней… Чё вы?

— Нафиг ты туда пошёл-то? — удивился Лёха.

— Да я не туда шёл! — возмутился Серый, а потом сник. — Ну ладно… Просто любопытно было…

— Грёбаный извращенец! — с омерзением констатировал Борода, и мне стало обидно за любознательного парня.

— Завидуешь, что ли? — удивлённо спросил я у Бороды, и пока главрыбак хватал ртом воздух, повернулся к Кукушкину: — Иваныч… Я, кажется, знаю, где искать!

— Что? — удивился мэр, а потом, видимо, догадался, округлил глаза и задал вопрос, глупее которого выдумать не мог: — Где?

Затем ещё подумал… И снова догадался:

— Там?!

— Там, почти уверен!.

.

— А знаешь, Вано? Извращенец тут ты! — неожиданно заявил Кукушкин. — При чём тут мёртвая голова?! Зачем?!

— Во мне умер Волан-де-Морт! — признался я. — Без памяти и не приходя в сознание, я готовил крестражи.

— Эй! О чём речь-то?! — возмутился Борода. — Я, между прочим, это старьё попсовое не читал!

— Ладно, с горной кисой мы разобрались… А первый крестраж какой был? — не обращая внимания на реплику главного рыбака, спросил у меня мэр.

Я промолчал.

— Убитый в лесу собственным рогом через жопу бычара — твоих рук дело? — Кукушкин выгнул бровь.

Донесли уже, сволочи!.. Вот так, ничего в большом городе скрыть нельзя!

— Рог обломал — было! — сообщил я и, прицелившись, ловко выхватил из рук мэра пропуск к Алтарю. — А дальше — это он, наверно, сам! Просто осознал всю глубину своей пагубной зависимости от ягод[a1] ! И… Я даже не помню, как он это сделал!

Последние слова я кричал на ходу, удирая от ошалевшего взгляда Кукушкина.

— Вано!.. Ты, едрить тебя, не Волан-де-Морт! — громко неслось мне вслед, перекрывая хохот под навесом.

— Ты грёбаный живодёр! Но если ты прав!..

А дальше донеслось уже издалека:

— Я всё прощу!..

Когда через полчаса я вернулся, под навесом меня ждали: Борода, Ольша, Витя и, само собой, Кукушкин.

— Вот! Я же говорил, что он там задержится! — увидев меня, сказал мэр. — Вы все, как доступ получаете, развлекаетесь там полчаса, никак не меньше!

После чего он вопросительно посмотрел мне в глаза. А я молча (и гордо!) выложил винтовку на стол. Затем раскрыл рюкзак, который прикупил по старой цене, и положил на стол сто патронов в упаковках по десять штук.

Потом снова залез в рюкзак… И вытащил четыре лечебных набора, подтолкнув их Бороде.

— Четыре лечилки! Задолжал ребятам, Лёхе и Серому! — пояснил я.

И скромно промолчал о том, что внутри рюкзака ещё осталось две сотни таких же лечебных наборов… Вместо этого я вытащил набор для чистки оружия и полулитровый пузырь с оружейным маслом. На фоне оружия и патронов стоили они сущие копейки! Тысяча баллов за набор. И пять сотен за масло.