Дави как будто не видел, что Витор, почти не таясь, ухаживает за Оливией. Когда Витор пригласил их обоих на деревенский праздник в рыбацкий поселок, Дави тут же дал согласие и за себя и за Оливию.

…Позже Бонфинь, узнав об этом празднике, сказал Дави:

— Ты делаешь большую ошибку, Дави. Тебе следовало бы убедить Витора не ходить в поселок.

— Почему? — удивился Дави. — Ты считаешь, что моя семья недостойна принять…

— Да дело совсем не в этом! — яростно перебил его Бонфинь. — Ведь Витор сын… — тут Бонфинь осекся. — Дави, отговори его. Поверь мне, он не должен быть на этом празднике…

* * *На праздник Витор отправился несколько раздраженным.

Его матери поклонники уже присылают цветы, и мало того, еще осмеливаются сопровождать записками самого фривольного содержания! Какой-то болван считает для себя допустимым вмешиваться в жизнь семьи Веласкесов! Летисия дала сыну суровый отпор. Никакого повода для присылки цветов неведомому поклоннику она не давала.

И вообще это не его дело. Что это за странная ревность? Или он хочет ее оскорбить?

— Нет, это ты оскорбляешь память отца! — выкрикнул Витор и хлопнул дверью, даже не пригласив с собой на праздник Аманду.

Он отправился туда вместе с Дави и Оливией.

Весь поселок был украшен гирляндами тропических цветов. Домики были покрашены, прибраны и тоже украшены цветами и бумажными лентами. Женщины поселка нарядились в свои лучшие платья. На берегу залива Самюэль развел гигантский костер, вокруг которого поставили угощение и бутыли с вином. Здесь были дары моря, украшенные зеленью и ракушками, тропические фрукты и сладости. Кассиану и Серена приготовили пиво по особому рецепту.

Гостей встретили очень радушно. Эстер тотчас увлекла невесту своего сына к себе, чтобы показать ей дом. Витор видел, с какой готовностью Оливия согласилась на это предложение, и слегка усмехнулся. Как ни демонстрирует она ему свою неприязнь, он знает, что на самом деле девушка испытывает к нему другие чувства. Он ей нравится, хотя она и не сознается себе в этом. Что ж, пусть воркует там себе с будущей свекровью, ему это только на руку, потому что сегодняшняя его цель — совсем другая.

И он стал помогать Рамиру жарить на костре кефаль.

Рамиру держался с Витором открыто и дружелюбно, и Витор включил свое обаяние на полную мощность.

Его даже не смущали угрюмые взгляды сына этого рыбака, Кассиану, — он здесь был гостем и чувствовал себя в безопасности.

Асусена, увидев его у костра, покраснела.

Витор не встречал еще такой девушки.