Смотрит тяжелым взглядом и спрашивает с недовольством, как самая настоящая жена, только скалки в руках не хватает:

— Кофе? Или похмелиться?

Мои губы снова невольно растягиваются в улыбке. Полбутылки вискаря не прошли бесследно, чего уж тут. Впервые в жизни кому-то не нравится то, что от меня исходит запах алкоголя. Я уверен, что он минимальный, но этот акт недовольства что-то перещелкивает во мне. Это не забота, но и не безразличие. И я понимаю, что с подобным ночным времяпрепровождением покончено.

— Кофе, пожалуйста.

Алена готовит напитки, ставит перед Тимом, который практически за минуту умял три сырника, чай, а передо мной кофе.

Сама же садится напротив нас и крутит в руках чашку с чаем.

— Почему ты не завтракаешь? — стараюсь говорить равнодушно, но моя выдержка рассыпается в пух и прах.

— Кусок в горло не лезет, — отвечает она честно и отпивает чай.

Я же, следуя примеру сына, буквально за пару минут съедаю восхитительный завтрак и залпом выпиваю кофе. Внутри разливается непривычное тепло, как будто впервые в жизни все встало на свои места."

"Алена барабанит пальцами с розовыми ноготками по столешнице и неожиданно выдает:

— Стас, нам нужно ехать. Тимофею в девять надо быть в реабилитационном центре. Остались финальные тесты, мы не можем их пропустить. Еще нам нужно забрать документы. Разговор придется отложить.

Сцепляю зубы, осознавая, что на данный момент ничего не знаю о планах Алены по контролю здоровья Тимофея, но быстро беру себя в руки:

— Хорошо. Игнат отвезет вас, и это не обсуждается. Поезжайте, но даже не надейся сбежать от меня, Алена. Твоя жизнь теперь в моих руках.

Алена замирает, а после кивает. Недовольна. Ей не нравится все происходящее, но кто теперь будет ее спрашивать?

Глава 17. Ужин

Алена

Весь день я провожу как на иголках. В конечном итоге довожу себя до такого пика злости на Севера, что придумываю тысячу разных способов, как сбежать от него. После утреннего похода к врачу я отправляю Тима с мамой на дачу. Пусть парень подышит свежим воздухом.

Мне бы тоже не помешало прийти в себя, но как это возможно?

«Твоя жизнь теперь в моих руках». А не пошел бы ты, Север? Думаешь, я теперь стелиться буду перед тобой?! Обломаешься! И пускай у меня нет таких денег, как у тебя. Пускай у меня нет связей, по сути, ничего нет, кроме гордости, которая не позволит прогнуться под тебя.

Я уверена в его появлении, и это оттягивание неизбежного раздражает до зубного скрежета. Ровно через пятнадцать часов, за час до закрытия ресторана, когда я работаю в своем кабинете и поглядываю на часы в надежде сбежать отсюда поскорее, ко мне в кабинет забегает запыхавшийся Артем:

— Алена, Алена, — парень хватается за сердце и скороговоркой произносит слова: — Тебя зовут в зал. Срочно.