Он даже не развелся со мной, жил на две семьи, пока я не узнала и не выгнала.

А потом дележ имущества, но тут мне повезло, квартира досталась от родителей, а вот гараж и машину пришлось продать, чтобы разделить «нажитое в браке», хотя все было куплено только мной…

Следом известие о раке, и все накопления ушли на бесполезное лечение. Думала, так и умру одна, никому не нужная. Подруг не нажила, родных не осталось…

Умерла я вот быстро, спасибо соседушке-алкашу. Я по доброте душевной выскочила на площадку защищать его жену, которую он нещадно лупил. Один толчок – и я улетела по лестнице, в одно мгновение сломав шею.

Одно меня порадовало, что успела отписать квартиру детскому дому…

– Вы встали! – огорчился старик. – Вот травки уже настоялись, и вот мазь, ручки надо смазать и личико, последняя баночка. Ничего больше не осталось… Поместье гибнет!

– Как тебя зовут? – перебила я его.

– Сильно головой ударились, ой, беда прямо беда! Стивен я, ваш слуга, госпожа! – он поставил на столик баночку. – Берегите ее…

– Стивен! – раздался чей-то визгливый голос. – Где ты, старая скотина!

– Ой, ваша сестрица, леди Клэр, гневается! Ложитесь срочно, а то погонит в огород! – он снова поспешил покинуть меня.

Не стала долго думать, быстро выпив отвар, спрятала баночку в нашедшийся на платье карман и вернулась в кровать.

Едва я прикрыла глаза, как дверь со стуком распахнулась, и в нее ворвался аромат приторных духов. Что-то едкое, цветочное, почему-то смешанное с мерзким запахом гнили.

– Не притворяйся, дрянь! Я знаю, что Генри был у тебя! – завизжала женщина над моей головой. – Чего ты добиваешься? Почему ты его огорчаешь?

Мне моментально стало плохо, и я, кажется, опять потеряла сознание.

Лежала тихо, стараясь не привлекать внимание, хотя вроде никого рядом не было…

Но раны на руках, щеке и виске начали саднить, и я вспомнила о какой-то чудо-мази, принесенной слугой. Пошарила в кармане, проверяя, на месте ли она, смогла сесть.

На столе еле чадила небольшая свеча, оставленная в каком-то подстаканнике, практически не давая света. Но я заставила себя встать, взять ее и поднести к зеркалу.

– Кто же этот Генри, что может так со мной обращаться? – я смогла разглядеть свое лицо и, отвинтив крышечку мази, зачерпнула пальцем, нанесла на полосу от удара на лице и рану на виске."

"– Действительно чудо… – шрам на глазах исчезал, но мази было катастрофически мало.

Осмотрев исполосованные руки, которые не скрывали порванные рукава, поняла, что оставлю мазь на экстренный случай. Спрятав баночку в карман, я налила из кувшина воды в таз и ополоснула лицо. Найденной ветошью, заменяющей полотенце, вытерлась, не трогая мазь на лице. Гребень с обломанными зубцами нашелся рядом, им я смогла привести себя в более-менее нормальный вид.